Дамьен поджал губы и опустив взгляд на бокал, внимательно всмотрелся в трещину на хрустальном бочке, из которой сочилась густая как кровь наливка. Он шумно выдохнул, но ответить у него не получалось. Нет, не может быть чтобы все было вот так. Хотелось верить, что ведьмак что-то напутал, что всем просто кажется, что Сианна и Франсин похожи, что все это не больше, чем дурное стечение обстоятельств. Но только де ла Тур не привык тешить себя ложными надеждами, поэтому он сделал глубокий вдох и на одном дыхании выпалил:
— Тысяча двести пятьдесят второй.
— Холера…
В комнате воцарилась тишина. Геральт все вертел в руках бокал и думал что же ему с этим всем делать, а де ла Тур стоял у окна и пытался, видимо, взять себя в руки после таких ошеломительных новостей.
Ведьмак не раз снимал проклятия. И знал всю специфику работы с ними, но еще он знал, что они весьма подлы и полны незримых нюансов, несоблюдение которых может стоить человеческой жизни. И если расколдовать Вивиенну было несложно, хотя он и сам удивился, когда все его манипуляции безупречно сработали, то что делать с проклятием Черного Солнца без помощи опытного чародея — не представлял. Возможно, разумней было бы связаться с Йен или Трисс, или, на худой конец, с Кейрой, которая разбиралась в ритуальной магии как никто другой. Вот только времени на это у него не было. За два дня понять природу такого сложного проклятия невозможно. К тому же, за это время с Сианной может произойти все что угодно. Ведь эта полоумная решила посадить на поводок высшего вампира. А такое так просто с рук не сходит.
— Ты обещал рассказать, — отвлек его от тяжелых дум де ла Тур. — Рассказать все, о чем говорил с княгиней в Дун Тынне.
— Боюсь, тебя это только еще больше огорчит, — тяжело вздохнув, ответил ведьмак.
— Ты так в этом уверен? — хмыкнул Дамьен. — Сомневаюсь, что ты сможешь меня огорчить еще больше.
— Я попробую, — невесело усмехнулся Геральт. — Тогда я сказал княгине, что это Сианна занималась шантажом. Она инсценировала свое похищение, чтобы манипулировать вампиром. И это она в ответе за все те смерти рыцарей. Сам вампир предложил ей встретиться с ним в Тесхам Мутна и разрешить все недомолвки, иначе Боклер будет уничтожен. Но, как я понял со слов княгини, она не собирается выпускать Сианну из дворца в ближайшее время. Более того, она потребовала то, за что заплатила — голову бестии. Исходя из этого, лично я готовлюсь к худшему.
— Холера… — пришел черед де ла Тура сыпать бранными словечками. — Как я понимаю, именно по этой причине ты считаешь, что Сианне долго не жить?
— Да. То, что она сделала, так просто не сходит с рук. И если княгиня не положит ее голову на плаху, то это может сделать вампир.
— Как такое вообще возможно? Как возможно кого-то связать проклятием? — фыркнул де ла Тур.
— Обыкновенное дело, как для чародея, — хмуро заключил Геральт. — Наверняка это был какой-то очередной магический эксперимент, за который обязательно заплатили баснословные деньги. А когда стало известно, что эксперимент не удался, этот клятый умелец даже не попытался разобраться с последствиями, а просто сбежал.
— Откуда ты все это знаешь?
— Опыт общения с чародеями.
— И что же нам делать? — не выдержав, Дамьен в три широких шага оказался у кресла ведьмака и сурово взглянул на того сверху вниз. — Мы ведь не можем просто сидеть и ждать, пока…
— Можем. И будем, — нехотя ответил Геральт. — Два дня, Дамьен. Ты знаешь как снять Проклятие Черного Солнца за два дня? Я — нет.
— Нет, — поумерив свой пыл, со вздохом ответил капитан гвардейцев и в сердцах замахнулся рукой, разбив об пол треклятый бокал. — Холера! Но мы должны что-то сделать! Я не могу позволить Франсуазе умереть! Подумай о ее родных! Как они это переживут? — кричал он.