— Детлафф? — несмело позвала его Франсуаза, заставляя нахмуриться и сфокусировать взгляд на ее взволнованном лице. — Что с вами?
Она смотрела на него в упор, глаза в глаза, и ни на мгновение не отпускала его руки, продолжая все так же держаться за предплечье. А он только и мог, что тонуть в своих тяжелых мыслях и пытаться найти хоть каплю решимости, чтобы быть честным с той, кто этого заслуживает. Что ж, если она не сможет принять его таким, какой он есть, то зачем тогда они тратят время друг друга? Зачем бегают словно влюбленные подростки на все эти тайные свидания? Зачем становятся с каждой встречей все ближе и ближе друг к другу? Да, может быть и стоило спросить совета у Региса, взвесить все за и против. Вот только Детлафф никогда не мог похвастаться терпением и не терпел полумер. Поэтому нужно либо все рассказать как есть, либо… Либо просто уйти? Да, весьма неплохой вариант.
— Я должен вам признаться, госпожа Леру, — едва слышно заговорил Детлафф, стараясь удержать маску невозмутимости на лице. И, кажется, ему это пока удавалось. — Признаться в чем-то очень важном.
Франсуаза удивленно вскинула брови и открыла рот, собираясь что-то сказать, но передумала и коротко кивнула, с силой вцепившись в руку ван дер Эретайна, будто бы боясь, что тот сейчас же уйдет.
— Я — не совсем тот, за кого себя выдаю, — выпалил он на одном дыхании.
Он внимательно всмотрелся в недоуменное лицо фрейлины и попытался подобрать слова, вот только выходило это опять из рук вон плохо. И он решил просто сказать как есть, твердо решив с достоинством принять любой исход. Боль от встречи с Ренаведд была еще свежа, и он помнил то отвращение, которое испытал к ней, когда узнал об обмане. И теперь он боялся испытать такое же отвращение по отношению к самому себе.
— Я не человек, госпожа Леру.
Франсуаза нервно дернула уголками губ, а затем повнимательнее всмотрелась в серьезное лицо Детлаффа и негромко рассмеялась.
— Скажете тоже, — улыбнувшись, заговорила она. — Должно быть, вы шутите? Должна признать, у вас необычное чувство юмора, но шутка мне показалась забавной.
— Это не шутка, — дрогнувшим от нахлынувшего негодования голосом ответил Детлафф. — Я — вампир.
Госпожа Леру сощурилась и внимательно всмотрелась в его мрачное лицо. Недоверчиво хмыкнула и на всякий случай отошла на один шаг, сложив сцепленные в замок руки на шелковой юбке своего платья.
— Раз вы так настаиваете на том, что являетесь вампиром, тогда будьте любезны, убедите меня в этом, — с вызовом в голосе заговорила она, явно делая это специально.
— И как мне это сделать? — развел руками Детлафф.
— Даже не знаю. Обратитесь летучей мышью. Вампиры, кажется, так умеют.
— Я не умею.
— Тогда, возможно, вы боитесь серебра? Вот, возьмите мою руку. На ней есть серебряные перстни, — фрейлина протянула ему свою тонкую ручку, но Детлафф лишь качнул головой, спрятав свои руки за спиной.
— Нет, серебра я не боюсь. И я брал вас за руки не раз. Как видите, шипеть я не начал и пеплом не обратился.
Франсуаза задумчиво хмыкнула.
— Крушины у меня нет, чтобы проверить вас на боязнь этого дурно пахнущего растения… Хотя, должна сказать, любого человека вывернет от ее запаха, а не только вампира.
— Крушина мне тоже не страшна, госпожа Леру.
Фрейлина скрестила на груди руки.
— Тогда позвольте вам сказать, что в таком случае ваша шутка несколько затянулась. Знаете, я ни капельки не верю в то, что вы можете быть вампиром. Это просто какой-то вздор. К тому же, мы встречались с вами утром, и солнечный свет не повредил вам, и… И если вы вздумали таким образом избавиться от моего общества, так будьте любезны сделать это более изящно!
— Франсуаза, — удивительно спокойно заговорил Детлафф, прерывая поток возмущения фрейлины. — Взгляните под ноги.
Та удивленно вскинула брови и опустила взгляд. Но ничего не увидела, кроме разве что пляшущих бликов от светильников и теней, которые они отбрасывали на стены и пол.
— Но я… — недоумевая, она взглянула на вампира.
— Присмотритесь. Вам ничего не кажется странным? Например, то, что я не отбрасываю тени? И если вы обернетесь, то заметите, что я не отражаюсь в оконном стекле. Надеюсь, этого достаточно, чтобы убедиться в том, что я не шучу и не пытаюсь таким образом от вас избавиться?