- А вы, Анна Георгиевна, что будете пить?
- Кофе и покрепче... - это можно было назвать не голосом молодой (сравнительно молодой) леди, а карканьем вороны с плохо залеченным бронхитом. А я ещё выпендривалась перед Димкой, что умею врать и притворяться!
Димка согласно кивнул. Юноша, который и повар, и охранник, подал мне чашку дымящегося кофе. И только когда он удалился, мужчины продолжили свою беседу. Теперь она мне все сильнее напоминала ту сцену: неспешно, осторожно и рискованно. Если, конечно, эти понятия совместить можно.
- Итак, Борис Олегович, не будем терять время на ритуальные глупости. У нас есть то, что нужно вам. У вас есть то, что нужно нам.
- Допустим. И что вы предлагаете?
Осторожнее, Димка, осторожнее! Этот Шер-Хан тебя с потрохами съест не заметит!
- Мы предлагаем полную информацию по обеим линиям бизнеса "Татьяны" технология, опознавательные знаки, базовые точки, а главное - имена контрагентов, посредников и выход на них. Этого вполне достаточно для разговора с Манохиным о вступлении в долю или же, при... скажем так, исключении Манохина - для перехвата обоих каналов на ходу, без сбоя поставок. Плюс ещё одно имя, которое, как мне представляется, стоит больше, чем все остальное.
- И что же это за имя такое? - с полупрезрительной иронией вопросил хозяин.
- Н-ну, Бори-ис Оле-егович... - как-то даже обиженно протянул Димка. Не разочаровывайте меня.
- Прошу прощения, любопытство взыграло, - он изобразил улыбку. Ладно. За все, что вы назвали, исключая кота в мешке, - пятьдесят тысяч долларов США. Вам двоим - и никаких Петров Петровичей!
- Недурно, Борис Олегович, недурно...
- Но где гарантии, что вы не подсунете мне плоды собственного воображения?
- Здоровье дороже. Впрочем, думаю, этот вопрос отпадет, когда вы услышите наш вариант условий.
- Нуте-с?
- В смысле денег мы могли бы согласиться на любую половину естественно, исключая кота в мешке. Но мы хотим сохранить возможность спокойного безопасного существования и активной деятельности, которая осуществима лишь в нашем, так сказать, естественном окружении: информационная сеть Анны Георгиевны создавалась годами, пытаться воспроизвести её в другом месте - неразумная потеря времени. Мои связи несколько шире, но и я выгляжу естественно и незаметно все-таки в этом городе.
Хозяин в очередной раз затянулся и пыхнул трубкой, по холлу поплыла очередная волна ароматного голубоватого дыма, медленно утягиваясь к камину.
- Но зачем вам эта активная деятельность? Неужели так сильна совковая привычка трудиться?
- Ах Борис Олегович, а разве вы не могли бы сейчас удалиться от дел и жить безбедно? Труд - естественная и неутолимая потребность человека... а особенно плоды его...
Димка сделал паузу, оба вежливо посмеялись.
- А если всерьез - та сумма, что вы предложили, представляется разумной ценой нашей информации, но совершенно недостаточна, чтобы обеспечить длительное обеспеченное существование, тем более - на новом месте. И, наконец, позвольте быть откровенным, пока мы заняты делом - мы нужные и полезные люди, с которыми можно работать. Если же мы удалимся на покой, то рано или поздно окажемся фигурами бесполезными, ненужными, от безделья предающимися воспоминаниям и потому потенциально опасными.
- Ну что вы, право... - изволили пророкотать Борис Олегович.
У меня тошнота к горлу подступила - кажется, Димка попал не в бровь, а в глаз.
- Мы давно мечтали открыть небольшое собственное дело, заниматься, например, информационным обеспечением научных и коммерческих исследований. А для этого нам нужно мирно, без обид расстаться со своими фирмами господином Манохиным и товарищем Петром Петровичем, нужно иметь самую незапятнанную репутацию в глазах пролетарской милиции, небольшой начальный капитал и солидных заказчиков.
- Не так уж мало вы просите.
- Согласен. Но часть этих услуг вы оплатите за счет текущей деятельности, а главное - вместо простой выплаты вы производите инвестицию капитала.
Борис Олегович поднялся и зашагал взад-вперед. Солидный мужчина обдумывал решение. Остановился, поднял глаза:
- Вы уверены, что вы двое стоите таких хлопот?
- Мы стоим большего.
- Нас вполне устраивает информационная служба СИАМИ.
- Это задание выполнила не СИАМИ, а мы вдвоем. А СИАМИ в городе уже засвечена. Откуда, по-вашему, мы узнали о её подлинном профиле? Я там проработал всего три месяца, и Иван Иваныч со мной не откровенничал.
- Вот как?
- Да, он мне сливал о негласной работе на МВД и о благородном деле борьбы с преступностью.
- А разве это не благородное дело? - в голосе Бориса Олеговича звучали богатые интонации.
- Самое благородное - после борьбы за собственную жизнь и благосостояние, - в Димкином голосе тоже прозвучали интонации, только горькие и искренние.
- А мне вы - по слухам - представлялись существом более... идейным.
- Объективная реальность надавала ощущений... прочистила мозги через заднепроходное отверстие, - со вздохом ответствовал Колесников.
Хозяин было возобновил свое вышагивание, но тут же остановился и развернулся на месте:
- Так как же вы узнали о СИАМИ?
- Это выяснила Анна Георгиевна через свою сеть.
Борис Олегович медленно обратил ко мне благосклонный и удивленный взор и чуть приподнял бровь.
Я подняла на него глаза, потом приспустила веки и наклонила голову на пять градусов. Раз уж сижу тут битый час и молчу как дура, так пускай это будет такой имидж - Немая Тень.
Кажется, произвело впечатление. Он заложил руки за спину, поднял глаза к потолку с квадратными деревянными балками темного цвета и задумался правая нога рассеянно пошлепывала по полу, трубка повисла в зубах.
И наконец - свершилось!
- Хорошо. По рукам!
Димка тоже поднялся и они соединили руки в долгом торжественном рукопожатии. Как Молотов с Риббентропом.
Потом хозяин прошел к двери, приоткрыл и что-то кому-то сказал. Вернулся в кресло.
- Итак: вы получаете иммунитет. Ни в каких дальнейших переговорах ваши имена моей стороной не упоминаются, если же их упомянет вторая сторона, я оговариваю вашу неприкосновенность. В этом вопросе моего слова будет достаточно. Петр Петрович получает оговоренную заказом сумму за вычетом затрат по сегодняшней операции...