Господи, Серега?!
Затормози, дуреха, куда тебя понесло? Ну и что, что Серега? Да если б это его художества были, он бы меня в жизни не подпустил к своей машине, к оригинальным письмам из бункера электронной почты, а он подпустил, значит, ничего такого не ведает и прятать ему нечего — от меня, во всяком случае… Ну да, а сам он ни сном ни духом, он же не смотрит, что списывает, — есть копия, и ладно, никаких суток не хватит, чтобы все это еще дома читать, после двенадцати часов на работе…
Ну ладно, на чем я остановилась? Ага, у бандерши в Махдене есть русский переводчик… Бред собачий — и вообще, и потому, что из Махдена, как выяснилось, никакие письма не приходили. Значит, эту маскировку, эту видимость благополучия создает кто-то уже здесь. Здесь. В родном офисе. А нас там раз-два, и обчелся, все свои, все родненькие, даже шеф наш Виталик…
Опять бред! Ну, допустим, обдурил какой-то сукин кот азиатский Ирочку Гончарову, дурочку наивную — а зачем кому-то у нас надо его прикрывать? Да как вообще этот кто-то узнал про что-нибудь? Ну, как — пришло настоящее письмо: спасайте, мол, да попало, к примеру, непосредственно на шефа. А тот перепугался, что фирма может загреметь и письмо уничтожил.
Впрочем, нет. Настоящее письмо она послала бы домой или там в милицию, но уж никак не в нашу лавочку, разве что не по почте посылала, а по мэйлу… Ой, совсем дурость — откуда ей наш компьютерный адрес знать? А оттуда — она его сколько раз видела, когда каталоги смотрела… И запомнила? Или в нужный момент, когда чисто случайно оказалась у подключенного к электронной почте компьютера, сработали экстраординарные способности, все вспомнила, не ошиблась ни в одной буковке?.. Не верю, это уж было бы совсем по принципу: у нас тут в кустах случайно оказался рояль. За уши притянуто, за волосы и за что там еще…
Ну хорошо, ну допустим, все я правильно про Лаврука придумала — вот он запаниковал и решил прикрыть задницу. Стал, значит, писать письма, отправлять их мамашке Гончаровой… Черта с два! Сам, без нас, он такого не провернул бы, он бы ее просто не нашел. И вообще, когда мамашка прибежала и устроила скандал, а я ему доложила, он совсем не так себя вел…
А как он себя должен был вести?..
Откуда-то со двора в мои заледенелые, но все же лихорадочно работающие мозги проникло «пик-пик-пик» — кто-то там слушает «Маяк»… Я машинально глянула на часы — проверить. Так, минут через двадцать должен Сережка вернуться, сейчас мы с ним все это дело обжуем, у него с логикой нормально…
А Колесников-то не советовал, как в воду глядел… Он ведь намекал: преступление! «Кто-то сознательно поддерживает этот бизнес».
Мне стало жутко — я передернулась и немедленно принялась самоуспокаиваться: надо меньше боевиков по ящику смотреть и книжонки эти дурацкие читать, а то лезет в голову всякая бредятина, аж сердце останавливается. Надо отвлечься и выспаться, и тогда на свежую голову придет какое-то элементарное и совершенно очевидное объяснение и все станет на свои места. Так уже сто раз бывало. Итак, сейчас вернется Серега, поблагодарю и…
Нет. Работа моя закончена, а ждать Сережку не буду — не так уж я своим языком владею, спросит что-нибудь — и посыплется из меня. А мне пока обдумать все надо и помалкивать. Пойду пройдусь до дома пешочком, в кроссовках это полчаса всего — вот и хорошо. Или что надумаю, или, если получится, отвлекусь. Все. Быстренько отсюда, пока Шварцы белобрысые не вернулись…
Я, как и было ведено, захлопнула дверь. Спустилась по бесконечным ступеням старого дома и вышла во двор.
На лавочке возле дома, где обычно старушки сидят, имели место двое — дворовая трехцветная кошка и попыхивающий сигареткой Колесников. Вот так. Похоже, надумать что-нибудь мне не удастся, а вот отвлечься есть шанс…
Я с натугой перевела стрелку своего речевого контроллера (ох, не доведут нас эти компьютеры до добра!) на обычный путь и проговорила с положенной ехидцей:
— Что, Вадим Андреич, нам опять по пути?
Он сначала встал, потом сумку у меня из рук взял, хоть и не тяжелая она совсем. Кивнул — пойдем, мол.