- А мне иначе из рукавчика не вырулить, а оставлять его незасеянным жалко, там что люцерна, что горох, да и зерновые отлично растут. А плуг поднимать - так потом ещё и с сеялкой надо ритм в этом месте сбивать, а с бороной вообще, целая история, - оправдывается "ответчик".
"Истец" вздыхает. Понятно, тема поднимается не первый раз, надоела обоим, однако предыдущие "обсуждения" никакого успеха не принесли. Разве, что у одного на лице что-то похожее на проходящий синяк, да ссадина на скуле у другого подёрнулась коростой. А Заяса выводит на экран кухонного недокомпьютера план упомянутого участка местности.
- Так, какой, говоришь, у тебя радиус разворота под широкозахватным плугом?
Дуги и линии, наложенные на изображение, показали геометрическую компоненту проблемы.
- Вот тут тебе, Трошин, уголок лесного язычка вырубить, и тогда нормально проедешь с любыми навесками, намечает решение Заяса.
- Я несогласный, - это уже "истец". - Там самый лучший орешник, и ребятишки пасутся в нём. А вот тут у них место с халабудой, где они в вигвам играют.
- А коли ты несогласный, тогда отодвинься от этого места, не унимается "судья".
- А тогда я сам вот в этом углу не развернусь, у меня тоже имеется радиус разворота.
- Ну, тут всего-то сотки три-четыре теряется, неужто их в другом месте нельзя отхватить от Трошина?
- Так в этом углу как раз и растёт лучше всего, сюда сходятся склоны и скапливается влага. Мы даже удобрения здесь не вносим - их сверху стягивает вода.
Детский вопль, раздавшийся неподалеку, вызвал мгновенное испарение хозяев, за которыми быстро проследовали остальные участники "межевой тяжбы". Младшего сняли с ветки и, смазав локоть йодом, вернулись обратно к остывающим кружкам. Разговор изменил характер - пошёл поиск решения. А для его реализации предлагались и сдвиги границы, и вырубка лесополосы на кромке поля, но, в конце концов решили заехать встречной дугой в поле ответчика - тогда техника во всё вписывалась, и оставалось только почаще расставить реперы в зоне исчерпывающегося конфликта.
- Так Вы, Заяса, мировой судья, - поинтересовался военный.
- Бывает. Когда наскандалятся до мордобоя, жёны их отправляют искать справедливости. Тут-то техническое решение проканало, а бывает, что кому-то нужно уступить или извиниться - вот тогда чистый ужас. До истерик доходит. Но обычно в таких случаях к здешнему доктору отправляются - она у нас всеобщая любимица, как улыбнётся - мужики сразу потише становятся. Но женщины этого не любят. Потом мужья глупеют и начинают с букетами вокруг больнички отмечаться. Кому смех, а кому ревность.
А через окно было видно, как давешние спорщики уселись в одну драндулетку, к которой привязали мерина, привёзшего сюда одного из них. Мужчины разговаривали.
- А как решаются уголовные дела?
- Да как у всех. Мы ведь в одной стране живём, под одним законом ходим. Не писать же другой кодекс!? Хотя под карающую десницу официальной Фемиды сдают обычно только тех, от кого желают избавиться. Ну, когда ни увещеваниями, ни поркой, ни угрозами образумить человека не получается.
- Это напоминает княжий суд, - задумчиво проговорил гость. - Только князь у вас тут не один, а для каждого дела выбирается подходящий. И публичности никакой нет.
- С публичностью как раз порядок. Тут и камера и микрофоны - всё имеется. Так что через сетку, кому интересно, процесс разбирательства наблюдали. Жёны - точно. А большой толпой мы собираемся редко - у каждого полно своих забот.
Глава 21 Утро длинного дня
Гость - человек военный, привык соблюдать определённый режим и вставать всегда в одно и то же время. Когда он спустился вниз из отведённой ему спаленки, на кухне шла бурная деятельность. Детишки готовили завтрак. Два мальчишки - старший дошкольник и младший школьник - пекли блины на тяжелой чугунной сковороде, установленной на электроплите. Тот мальчик, что старше, утвердившись на поставленной под ноги низкой скамейке, смазывал дно птичьим пером, которое обмакивал в горшочек с растительным маслом, потом выливал туда же полповарёшки жидкого теста, которое распределялось настолько ровно, что никакого сомнения в строгой горизонтальности применяемого оборудования просто не возникало.
К чести юного повара следовало отметить, что и выливал он тесто не в одно место, а по дуге, что тоже способствовало правильному распределению толщины блина по площади. Переворачивал двумя лопаточками - деревянной и пластиковой, никаких перемещений тяжёлой для него чугунной сковородки он не производил - нет у парнишки сил для этого.