Выбрать главу

Милена ошалело наблюдала, как Киан одной рукой поднял тушу Михаила и отнёс его на кухню, швырнув на пол.

Девушка ни слова не сказала. Да, Киан казался ей монстром. Но в эту минуту он был щитом против другого монстра - её же брата.

- Я едва сдержался, чтобы не свернуть ему шею, - процедил Киан, - я слышал каждое слово, которое он тебе говорил. Этот мужчина ненавидит мою дочь. Но я не понимаю за что! Урод. Скот.

- Он просто загнан в долги и поэтому у Миши нет настроения. Прошу тебя, не трогай его. Мы ведь уйдём. Он пусть остаётся здесь.

- Ты добрая, если жалеешь этого подонка.

- Я… Киан, я пойду собирать наши с Даной вещи.

- Бери самое необходимое. Я помогу с сумками.

Милена догадывалась, что брат не скоро придёт в себя. И хорошо. Пусть поваляется, подумает над своим поведением и не путается под ногами. А то ведь Киан и вовсе убить его может.

Она начала тихо собирать сумки. Складывала пелёнки, детское питание, несколько тёплых вещей. Её руки дрожали. Каждая вещь, которую девушка клала в сумку, казалась ей последним, что она делает для Даны в этом доме.

Вещей было немного. Поэтому за час Милена собрала одну большую дорожную сумку, в которую поместились и фотографии, и дорогие сердцу домашние мелочи.

Высокий и недвижимый, как скала, Киан наблюдал за девушкой. Его глаза в тусклом освещении комнаты горели ещё ярче.

Милана подошла к Дане, осторожно погладила малышку по щёчке, но та не проснулась.

- Прости, миленькая, но я должна тебя потревожить. Нужно тепло одеться.

Девочка возмущённо сжала пальчики в кулаки всхлипнула, но продолжила спать.

Взгляд Киана скользнул по девушке, по сумке, по теплой шапочке на голове Даны, которая распахнула глаза и с любопытством разглядывала Киана.

Киан подхватил обе тяжёлые сумки одной рукой. Даже не согнулся. Словно не почувствовал веса.

- Дай мне дочь, Милена.

- Нет. Я сама её понесу. А ты сумки. Так будет удобнее.

- Ладно,- не стал спорить, - пошли.

Милена не знала, куда они идут. Но пока что помалкивала. Здесь её ничего не держит. Брат и Дамир своего добьются. Она не сможет противиться. Не сбежит. Ведь у неё Дана. Кроме того, Дану забирает Киан. Уж лучше уйти с Кианом, и быть рядом с дочкой, чем стать куклой для утех в руках Дамира.

- Идём, - коротко бросил он и повернулся, уходя по тёмной улице вперёд.

Они шли молча.

Он - широким, уверенным шагом.

Она - почти бегом, пытаясь за ним поспеть.

Они миновали несколько улиц, свернули в безлюдный сквер. Фонари здесь были разбиты, и их окружала почти полная тьма. Киан остановился возле темной машины.

- Садись, - он открыл заднюю дверь.

Милена замерла, вглядываясь в темный салон. Это была точка невозврата.

- Прежде чем я сяду…, - голос её снова сорвался, - прежде, чем я отдам вам свою жизнь и жизнь этой девочки... Скажите мне. Кто вы? Куда нас повезёте? И ещё… я должна знать о прошлом.

Киан обернулся к ней. В темноте его лицо было похоже на маску из теней и света.

- Ты задаешь вопросы, на которые не готова услышать ответы.

- Я готова! - выдохнула она, - я отдаю вам всё, что у меня есть. Мне нечего терять, кроме неё, - Милена с любовью посмотрела на Дану. Малышка - моё самое дорогое сокровище. У меня нет ничего ценнее. И, вручая дочь вам, я должна знать всю правду.

Киан изучающе смотрел на неё несколько долгих секунд. Ветер шелестел опавшими листьями вокруг них.

- Леся…, - Киан произнёс имя её сестры с некой горечью. И в его голосе прозвучала какая-то странная, отстраненная нота, - она была красива. Ярка. Манила меня. Мы встретились... в ночь полнолуния. Она не должна была подходить так близко к нашей территории. Но она пришла. Без страха. Мы с ней случайно познакомились. Какое-то время встречались. Ничего серьёзного.

- Ничего… серьёзного? Но родилась Дана.

- Я не знаю, что именно говорила тебе сестра. Но я изначально сказал Лесе, что у нас не может быть чего-то иного, кроме секса. Проведя с ней одну из ночей, я ушёл до рассвета, сказав Лесе, что она больше никогда меня не увидит. У моей породы есть определённые правила. Связь с человеком... не приветствуется. И Лесе я никогда не обещал ничего иного. Она знала, что мы развлекаемся и точка. Она согласилась играть по этим правилам.