Гаруда некоторое время недоуменно на неё пялился, а после убрал лапу, потеряв к ней интерес, потому как понял, что у этой частицы память была неполной либо же полностью отсутствовала. А это значит, что все осталось у основной части сущности, которая себя даже не осознает. Ну замечательно. Ведь в таком случае даже устранение Киры не принесет никакого результата, потому что свихнувшийся демон ее не помнит и никак не отреагирует. Да и оставлять Вераса в живых Гаруда все равно теперь смысла не видел. Слишком опасный и нестабильный этот монстр. Шутка ли, что во время этого продолжительного марафона они на пару уничтожили десятую часть всего Чистилища? Причем большая часть разрушений приходится именно на Мор, то бишь Черную! А ведь она не просто все разрушила – она это все пожрала. И по его расчетам Война поглотит в два раза больше мира на четвертой ступени и еще в четыре раза больше, если доберется до финальной пятой ступени. А Чистилище, — задумайтесь на секундочку, — это и есть планета! Источник инфополя и важный элемент в круговороте душ, без которого жизнь невозможна! Если дух Войны не остановить, то от Земли останется лишь пустая высушенная досуха “обертка”, на которой все стремительно начнет вянуть и умирать.
Мор необходимо уничтожить. Любым способом.
— Ну и кто ты теперь? — обернувшись через плечо, уставшим тоном спросил Гаруда у неторопливо приближавшейся мужской фигуры черного рыцаря с черной оскаленной рогатой маской демона на лице. — Можешь не отвечать. Да и я больше не буду настолько глуп, чтобы вообще как-либо к тебе обращаться. А то вдруг опять угадаю. Так что будешь пока только Оно! А не, погоди... Кажется, такой персонаж тоже существует...
Черный рыцарь остановился в сотне метров и чуть склонил голову набок. Гаруда хотел огрызнуться и спросить, что тот пялиться и будет ли драться, как тот поднял закованную в тяжелый пластинчатый доспех когтистую ладонь и сжал ее. В тот же миг крылья серафима непроизвольно распахнулись, и серебряный блондин понял, что дела его стали еще хуже. Потому что отобранное, развеянное и надежно спрятанное в собственных резервах оружие Войны начало рваться назад к своему владельцу. Вокруг почерневших и посеревших от Тьмы перьев начала виться черная дымка, принявшаяся разрушать свое вместилище, чтобы вырваться наружу. Гаруда зашипел, но был вынужден перестать сдерживать агрессивную темную энергию, которая быстро устремилась к фигуре рыцаря и превратилась в огромный черный меч в его сжатой руке.
В следующую секунду изрядно посветлевший, но так и не вернувший свою силу с положительной полярностью крылатый дух уворачивался от просвистевшего над его головой тяжелого меча. Скорость соперника возросла, как и сила, но достигнуть успевавшего отклониться в последний момент пернатого не мог. Гаруда пытался атаковать в ответ, но его мощь существенно уступала тяжело бронированной фигуре неизвестного темного бога, так что не мог ничего сделать, кроме как ослеплять и злить врага еще больше.
Это воплощение Мор было быстро и проворно для своих размеров. И необычайно коварно. А так же обладало какой-то способностью пространственного перемещения, из-за чего могло в мгновение ока оказаться в любой точке пространства. В этом Гаруда убедился почти сразу же, когда подумал, что оставил махину далеко позади себя, а тот каким-то непонятным образом вдруг оказался прямо перед ним!
Было тяжело. Еще никогда за все время своего существования Гаруда не был настолько напуган и зол одновременно. Если поначалу он затеял подраться с Мор ради разминки с легким привкусом опасности, то сейчас этого адреналина было столько, что хоть в бочках его закатывай!
Там где они прошли – больше не было жизни. Ландшафт представлял из себя одни руины и огромные кратеры. Чистилище значительно поубавило в объемах и разнообразии, снабжая потребности пожирающего все вокруг себя чудовищного монстра, который по какой-то причине игнорировал лишь Вераса с душой, оставив там небольшой нетронутый клочок земли. Весь мир стонал и рушился, временные аномалии взбунтовались и перепутались еще сильнее. Все грозилось схлопнуться, как мыльный пузырь, вместе со всем, что находилось внутри. Но Гаруда ждал. Уворачивался из последних сил, придумывал невероятные комбинации для выживания и страшно устал, но все ждал момента, когда можно будет нанести свой единственный и последний удар.
И этот момент настал.
Безымянный темный бог вдруг остановился, и по его телу прокатилась болезненная судорога из-за того, что его духовная структура принудительно и без предварительной подготовки начала усложняться, пропуская все предшествующие этапы. Огромная масса накопленной энергии чудовища пошла на финальную эволюционную трансформацию, отчего резервы воплощения Разрушения и Смерти оказались пусты.
Лучшего шанса для атаки просто не может быть, и Гаруда не стал мешкать.
Стремительно приблизившись, он вогнал один специально заготовленный клинок в живот твари, поражая её слой Империум, чтобы отрезать ту от собственных резервов и не позволить той использовать свои силы. После последовательно начал повреждать другие слои души, ответственные за работу прочих способностей. Второй такой же короткий клинок он собирался в самом конце вогнать в сердце этому монстру. Но из-за слабости от затяжного боя Гаруда не мог действовать быстро и потому немного замешкался, отчего эволюция до пятой ступени у Мор успела пройти наполовину.
— ТЫ-Ы-Ы??? — взглянул он на ее лицо и обомлел.
В отличие от предыдущих ступеней, пятая не имела теневого покрова. Эта форма самая сильная, потому как является самым первым воплощением в реальном мире, а все последующие формы – реинкарнации того существа, что оказалось у него на руках.
Матовая темно-серая кожа не казалась нездоровой, просто имела такой необычный цвет. Длинные волосы были такими же черными, как и у всех остальных воплощений, но только у основания. Ближе к середине они начинали светлеть до серого, а на кончиках имели молочно-белый цвет. Лицо было вполне человеческим, если не считать немного укрупненных светящихся оранжевых глаз, небольших клычков под темными губами и “кошачьих” черт лица, делающих ее чуть более выраженным хищником. Форма черепа чуть более вытянутая на затылке и шея удлиненная, как у египетских скульптур, словно именно с таких существ их и лепили. Вот только у древних скульптур не было таких подробностей, вроде заостренных длинных, как у эльфов, ушек, выглядывающих из-под спутанных волос, длинного тонкого хвоста с львиной кисточкой и крючковатых животных когтей на шести пальцах. Так же стоит отметить тонкую талию, небольшую грудь, почти неразличимую под темно-серой кирасой с множеством различных рун по всей поверхности, и неизменный во всех воплощениях четырехметровый рост.
— Как же так?! Это не можешь быть ты! — от шока так и не вогнал ей клинок в сердце, чтобы добить.
Он даже не вспомнил о том, что собирался делать, в неверии таращась на свою давнюю знакомую, которую медленно опускал на землю. Та смотрела на него мутным ничего не понимающим взором, собираясь что-то сказать, но не смогла из-за полившейся из ее горла крови. Обычной, не светящейся, лишь чуть более темноватой и густой, чем человеческая, и такой же пряной на вкус, как и ее запах. Гаруда опустил взгляд на живот и пробитую его клинком броню, чтобы резко отдернуть руку и отстраниться самому, пораженно глядя то на испачканную красным ладонь, то на опутываемую черным туманом великаншу, так и не пришедшую в себя и не закончившая эволюцию. Вместо неё постепенно начала появляться фигура черного рыцаря, который в свою очередь принялся деградировать до третьей ступени Черной.
Гаруда непонимающе прищурился, пытаясь понять, что происходит. Оказалось, что с поврежденным резервом существо перед ним не могло более поддерживать нынешний уровень сил и стремительно слабело, возвращаясь к своей самой примитивной версии.
Дух Мира в панике зашарил взглядом по округе и быстро переместился, чтобы спустя несколько секунд вернуться вместе гневно шипящим искаженным Верасом и бросить ставшим белым огненного духа рядом с ее нормальной версией.
Мор в это время деградировала до второй ступени, став сама собой, и начала подавать признаки активности. Гаруда поставил ногу ей на живот рядом с до сих пор воткнутым клинком, не позволяя той подняться, и поднес второй объятый серым пламенем меч к ее груди, чтобы не дергалась. Над ними развернулось все пять оставшихся крыльев, тоже загоревшихся огнем, выражая всю его злость. Яркие голубые глаза поймали взгляд затуманенных, но более менее протрезвевших черных очей, и дезориентированный демон под ним замер, поняв, в каком сейчас положении. Да и кого не впечатлит высокая окровавленная с ног до головы грязная побитая фигура в явном неадеквате, одним движением способная прекратить твое существование?