‒ Безумие, ‒ прохрипел Киппс, ‒ это просто черт знает что такое!
‒ А мне нравится, ‒ ответил Череп, хотя Киппс не мог его слышать. – Любопытная тварь, любопытная... Они сгрудились прямо перед вами, огибайте их справа, Люси.
Мы протанцевали немного вперед. Отчаянно пробиваясь к цели, мы не могли двигаться только в одном направлении. Ладони наши взмокли, руки онемели и устали, мы судорожно глотали ледяной воздух. Похоже, кислорода тут было совсем мало, потому что уже и голова начала кружиться.
‒ Люси, ‒ выдохнул Киппс, ‒ бросай вспышку.
‒ Но…
‒ Бросай и беги!
Я скрипнула зубами. Потерять соратника в этом поганом месте, в этой тьме, оставить его позади, а самой дать деру – такое не по мне. Мы, конечно, не близкие друзья, но меня коробило при одной мысли о том, чтобы бросить человека и спасаться самой.
‒ Не дури, ‒ прошипел Череп, словно читая мои мысли, ‒ он не беззащитен.
‒ Ты ведь… ничего не видишь! И не слы… шишь! – крикнула я Киппсу, уже дрожащей от усталости рукой выписывая защитный узор. Чтобы что-то сказать, я то и дело переводила дыхание. Мой клинок, наверное, густо покрылся эктоплазмой. Я чуяла горелую вонь, а уши не покидало шипение, когда кто-то из Гостей сталкивался с моим оружием.
‒ Я вообще никогда ничего не увижу, и ты тоже, если мы не бросим бомбу!
‒ Делай, как он говорит, ‒ прогундосил Череп. – Иначе вы оба покойники... Слева! Бей, раззява!
Я ударила. Киппс выпустил мою руку и даже отпихнул ее. Не мешкая, я сделала шаг в сторону и угостила обитателей склепа второй магниевой вспышкой. Череп довольно заулюлюкал. «Так их!» ‒ завопил он. Меня всегда немного удивляло, почему он так радуется, когда мы уничтожаем его, можно сказать, собратьев.
Канистра ударилась об пол совсем рядом со мной, но на то и был мой расчет. Ведь призраки подобрались к нам вплотную. Я просто присела и закрыла голову от огня, не волнуясь о том, что подпалится одежда. Вскочив, я собиралась обернуться, чтобы потянуть Киппса за собой, но тут меня сильно толкнули в спину. Мне ничего не оставалось, как кинуться через вихрь огненных искр. Ненадолго путь был свободен. Я увидела пляшущие вокруг огни, длинные кривые плиты под ногами, носки своих ботинок, заляпанную рапиру…
Не обращая внимания на то, что частички смеси оседают на моей одежде и волосах, прожигая их, я прыжками понеслась туда, где, как я надеялась, был Локвуд. Едва темнота стала поглощать огонь, как позади расцвела новая вспышка. Киппс бросил одну из своих. С коротким переходом мимо моей головы пролетела еще одна канистра (это я поняла скорее по движению воздуха) и разбилась впереди и чуть сбоку. Я прянула в сторону, в мой рукав вцепились, толкнули, потянули. Пока вокруг горел магний, смешанный с железными опилками и солью, мы могли свободно двигаться, уповая на то, что выбрали верное направление.
Мы очень скоро это узнали. Локвуд и Холли тоже разрядили бомбу. Свет полыхнул, как маяк, и мы бросились на него, ощущая, как в спину несется потусторонний холод. Упустив свою добычу, духи, которые еще уцелели, понеслись в погоню.
‒ Отличный фейерверк, ‒ заливался Череп, ‒ жаль, что запасы подходят к концу.
Я не удостоила его вниманием. Почти что на буксире я волокла за собой Киппса, выкрикивая имена Локвуда и Холли. До них оставалось не так уж далеко, и я боялась вновь проскочить мимо. Кто знает, на что способна эта тварь, которая заполнила тут все чернильной темнотой и заставила нас потерять друг друга на расстоянии шага?
‒ Еще одну! Бросьте еще одну! – закричала я, зная, что меня не услышат. Но молчать не было сил. Киппс и Череп, благо, не сочли нужным комментировать то, что для всех было очевидным.
И они бросили. Конечно, они меня не слышали. И все же огонь озарил пару колонн, саркофаг и ребят. Они были совсем близко, я даже могла рассмотреть фактуру плаща Локвуда. Последний рывок! Я помчалась на свет с бешено колотящимся сердцем, ощущая себя мотыльком, который стремится к свече. Рядом пыхтел Киппс, топот наших ботинок глухо отдавался в ушах. Мы по-прежнему не видели себя и ничего вокруг, только яркое пятно впереди. Оно стремительно уменьшалось. Мы оба завопили во весь голос и ворвались в круг света.
Лица Локвуда и Холли надо было видеть. Приоткрыв рты, они вытаращили на нас глаза, в которых отразилось наше с Киппсом появление буквально из ниоткуда – ручаюсь, для них так оно и выглядело. Брови Холли, казалось, сейчас убегут на пробор. Она чуть не выронила рапиру, ахнула, а Локвуд, который подался было назад, шагнул нам навстречу и подхватил меня под руку. Перед моим взором мелькнула его улыбка и горящие глаза, а в ушах прозвучал его голос: