‒ Ты гений, ‒ искренне сказала я призраку.
‒ Не спорю, ‒ горделиво отозвался он. Имей он человеческую форму, я бы сказала, что он приосанился.
Конечно, печати. Сотканные из сотен серебряных колец. Вряд ли они будут столь же эффективны, как плащи шаманов, но ведь все Гости не выносят серебра! Если мы закутаемся в серебряные сети, призраки не сумеют нас коснуться. Скорее всего, останется другая проблема – ужасный холод.
Мы нацепили на себя все теплое, что захватили с собой. Выпростали печати и завернулись в них. Мне мой импровизированный плащ оказался коротковат, но я уповала на окованные железом ботинки и то, что призраки не успеют додуматься поднырнуть снизу. Холи перехватила свою сеть шарфом, я свою – поясом от джинсов.
Честно говоря, было ужасно неудобно. Сложно будет отбиваться рапирой и бросать бомбы в таком виде. Когда мы убедились, что взяли столько патронташей с бомбами, сколько могли, а лед на цепях стал толщиной с доброго удава, то посмотрели друг на друга.
‒ Свежеупакованное мяско, ‒ оценил наш видок Череп.
‒ Холли, ‒ сказала я, игнорируя его, ‒ у нас получится. Здесь недалеко. Всего шагов десять. У памятника бросим еще две бомбы и сразу лезем вверх. Сети не снимаем.
‒ Страшно, ‒ призналась она.
‒ Мне тоже. Но мы агенты, Холли. Где мы только не побывали. Мы выжили в том проклятом склепе, неужели сдадимся сейчас?
Она стиснула челюсти.
‒ Не сдадимся.
Я кивнула.
‒ Ну-с, счастливого пути, ‒ хмыкнул Череп.
‒ О чем это ты? – криво усмехнувшись, спросила я. – Пойдешь с нами.
Я целиком освободила рюкзак и сунула банку туда.
‒ Хотел меня защищать, вот прикрывай со спины, ‒ сказала я ему в ответ на тревожное гудение.
Несколько Гостей уже окружили наше кольцо и напирали, льнули к его границам, жадно глядя в его центр, разинув перекошенные рты и протягивая кривые пальцы. Я взяла в руку магниевую вспышку. Ну, понеслась, родимая.
Огонь расшвырял призраков в стороны. Плазма разошлась перед нами, как воды Красного моря перед Моисеем. И мы бросились в этот просвет.
Жуткий холод оглушил меня. Он ободрал мне глотку, он защипал глаза так, что они тут же наполнились слезами, но я не остановилась. Остановишься – смерть. Вместе с холодом на меня набросился рев десятков привидений. Меня немного повело. Я отпугнула рапирой Холодную Деву (хотя я не уверена, тогда не было у меня времени различать, кого я вижу), бросила в Спектра солью и кинула вперед еще одну вспышку, потому что плазма вновь начала смыкаться.
Вой стоял до небес. Призраки выли, корчась в огне, они выли с досады, что не могут дотянуться до нас, они выли от ярости. Позади Холли швыряла еще вспышки, чтобы никто не набросился со спины.
Духов было так много, что они, подминая своих собратьев, которые пали жертвой пламени, накидывались почти сразу, как я бросала бомбу. Я рассекла Рейза сложным витком и вскрикнула: другой призрак оказался вплотную ко мне и почти тронул меня за локоть. Только серебро отпугнуло его; но я ощутила немеющий холод. Рука застыла. Я не могла бросить канистру с опилками. Другую руку занимала рапира. Я принялась выписывать защитный узор, бешено вертясь на месте. Духи приблизились вплотную. Мороз сделал мои движения резкими, неверными, рваными. Я задыхалась.
‒ Хол… ли… вспышка!
Она бросила бомбу с опилками туда, откуда мы пришли; хоть на короткое мгновение сдержать Гостей. Греческий огонь описал дугу над моей головой и взорвался в четырех шагах от белого памятника. Мы проделали больше половины пути!
Я рванулась вперед с удвоенной силой. Волны плазмы начали смыкаться. Перебросив рапиру в онемевшую руку, я одну за другой выхватила канистру с опилками и соль и кинула их. Хоп – рапира вновь в здоровой руке, и я отбиваюсь от врага, так быстро, как только могу. Рядом в такой же бешеной пляске скачет Холли, тоненьким голоском сквозь зубы извергая крепкие проклятия. Отчаяние и воля к жизни придавали нам смелости.
Последняя вспышка, и перед нами короткий и узкий коридор прямиком до цели. Расшвыривая остатки опилок и соли, орудуя рапирами, мы сделали последний бросок и врезались в каменную стену. Секунда – я забросила рапиру на памятник, вторая – вцепилась в барельеф, подтянулась и одним рывком втянула себя наверх. Третья – схватила за руки Холли и втащила ее следом. Ее ноги какие-то долгие мгновения болтались в воздухе в опасной близости от призрачных рук.
Громко и тяжело дыша, мы переглянулись и увидели на лицах друг друга свое выражение. Мы улыбнулись друг дружке совершенно по-идиотски. Мы проделали нечто невероятное.