Но когда я достигла площадки между этажами, звук повторился. И гораздо громче. Я крутанулась на месте. Облизала пересохшие губы и перехватила рапиру поудобнее. Вокруг было очень холодно, но моя ладонь вспотела. Помимо моей воли мои глаза забегали по сторонам. Меня обманывает плохое освещение или моя собственная тень только что немного замешкалась?
Ощущая себя параноиком, я повела в ее сторону рапирой, держа ее на острие клинка, а сама посмотрела наверх. Площадка третьего этажа была пуста. Я не видела лишь одного ее угла, загораживаемого верхним лестничным маршем.
‒ Финн? – позвала я.
Да куда он делся, черт бы его побрал!
Сипение обратилось в отчетливый натужный хрип, и я вновь обернулась на тень. Есть! За миг до того, как принять мой силуэт, она неестественно раздалась в плечах, приобрела шишковатую форму головы и отрастила длинные руки с крючковатыми пальцами. И эти пальцы тянулись ко мне.
Рапирой с тенью не особо повоюешь. Недолго думая, я бросила в нее опилки. Зашипев, как кипящее масло, тень съежилась и метнулась в угол. Я вытащила вторую канистру и встала в боевую стойку.
Угол оставался тих. Я ждала, ничего не происходило. Мои руки и ноги одеревенели от холода. Я устала держать рапиру на весу. Пальцы, казалось, уже не смогут разомкнуться на канистре с опилками. Мои глаза уже болели от того, как сильно и долго и вглядывалась в тени в углу.
Я моргнула. Ближайшие свечные огарки практически вообще не давали света. Я хотела проверить время на наручных часах, но мой взгляд приклеился к темноте.
Она шевельнулась. Я резко выдохнула. Как же я не заметила? Эти полосы, ложащиеся на пол, так похожи на крючковатые пальцы, что медленно сгибаются и разгибаются. Странной формы пятно, как два жирных и огромных раздавленных жука. Не что иное, как согбенное, непропорциональное тело и голова, на которой горят две странные точки. Эти точки качались в такт со сгустком того, что походило на голову.
Огоньки мигнули и зажглись чуть ярче. Они жадно впились в меня. Маленькое черное существо, почти карлик, глядело на меня из угла. А я глядела на него. В моих ушах вновь раздалось его сиплое дыхание.
В темноте открылась еще более черная темнота. Кривой провал рта обнажил два ряда остро блеснувших мелких треугольных зубов. С них протянулись тонкие черные нити и капнули на пол, зашипев на бетоне.
Пальцы твари удлинились. Она, раскачиваясь из стороны в сторону все сильнее, усыхала, наращивая руки. Еще немного – и они сделались длиннее самого существа. Кончики пальцев потянулись к моим ботинкам.
Я не столько бросила, сколько выронила канистру с опилками. Даже не все ее содержимое высыпалось. Но этого оказалось довольно, чтобы мерзкий призрак, зашипев, отдернул руки и сжался в углу. А я смогла встряхнуться и сбросить призрачный захват. Да, к стыду своему, признаюсь, я в него попала. Но таких безобразных призраков мне не встречалось. Видом полуразложившегося трупа, пустыми глазницами и заунывным воем меня уже не напугаешь. Но эта штука больше какого бы то ни было Гостя всем своим видом кричала, что когда-то она была человеком, а потом с ней произошло нечто очень нехорошее. И я не смерть имею в виду.
Не зная, как мне лучше поступить, я заколебалась, куда мне идти. Вниз, где мой рюкзак, все запасы и спасительные цепи. Или наверх, где тоже есть цепи и где стоит проверить наличие непутевого напарника.
Скрепя сердце, я выбрала второе. Иначе получалось, что я зря подвергала себя опасности. Надо довести дело до конца. А призрак будто того и ждал.
Как только я сделала шаг к лестнице наверх, он затрепетал и пополз за мной по стене. Мне приходилось отступать спиной, держа рапиру наизготовку. Я шаг – он шаг. Что ж, ладно. Пока я вижу его, я могу с ним справиться. Главное, сохранять самообладание.
Ступенька за ступенькой я поднялась на третий этаж. Где меня ждало еще одно разочарование.
Цепи исчезли вместе с Финном.
Чудесно.
Я положила ладонь на банку с греческим огнем. Бросать ее в помещении не очень хорошая идея, но я, простите, ценю свою жизнь. Мне пришлось вновь повернуться лицом к тени. Та как раз вползала с лестницы на площадку. И замерла.
Двигаясь, как обыкновенная тень, она даже искажалась как положено. Миновав полосу от света фонарей, она притаилась в темноте, где снова зажглись ее глаза.
Прошло, наверное, секунд тридцать, прежде чем она задвигалась. Из угла по стене, в которой было окно. Я отступила обратно к лестнице. Призрак съежился, а потом ловко обогнул оконную раму и р-раз – большой уродливой кляксой лег на потолок.
На этом его представление не закончилось. На самом деле я сделала глупость и дала ему преимущество, закрутившись по площадке. Он улучил момент и комком шлепнулся на пол рядом со мной. Комок расплющился и с прытью, которой я от него не ожидала, втянулся в мою, вытянутую, созданную светом из окна тень. Я ахнула и непроизвольно затопала ногами, пытаясь отпихнуть ее от себя. Моя тень! Эта мерзость вселилась в мою тень.