Локвуд сообразил, что дело принимает нежелательный оборот, и быстро переключил внимание на себя:
‒ Господа и дамы, это всего лишь часть того, что я могу вам предложить. Демонстрация, так сказать. Кому все это достанется, решайте сами, когда мы закончим. А пока предлагаю отложить Источники с глаз долой в какой-нибудь ящик, куда никто тайком не пролезет.
‒ Ты тут не указывай, ‒ отозвалась девчонка с пожеванной косой.
‒ Даже не думал, ‒ улыбнулся Локвуд. – Но если мы хотим куда-то продвинуться, а вы – получить еще таких штук, то нам бы лучше начать обсуждать, что делать с Фиттис.
Вот это имя произвело желаемый эффект. Все разом замолчали и посмотрели на нас. Медленно, нехотя, старьевщики сложили контейнеры обратно в рюкзак. Локвуд, не желая, чтобы они снова начали спорить, кто будет их прятать, оглянулся по сторонам и запихнул рюкзак в шкафчик под крошечной раковиной.
‒ Дайте что-нибудь, чтобы заблокировать дверцы, ‒ попросил он.
К нему тут же протянулось несколько рук со всякими кусками труб, разводным ключом и даже саперной лопаткой. Не глядя, Локвуд схватил обломок трубы и заблокировал ручки шкафчика.
‒ Готово.
Что ж, наш трюк, похоже, сработал, хотя кто-то не удержался от комментария «подлизаться вздумал?». Я прикусила язык, понимая, что не время и не место затевать свару. Локвуд тоже проигнорировал выпад, вернулся к столу и оперся о него ладонями.
‒ Для начала, ‒ сказал он, ‒ я хотел бы пояснить, почему мы вообще здесь…
‒ Почему вы здесь, мы в курсе, ‒ прервала его женщина, которая меланхолично что-то жевала. «Что-то» определенно не было жвачкой, и мне не хотелось знать, чем оно вообще было. – Потому что Фиттис крепко кусают вас за задницу.
Мне очень захотелось воткнуть ей в зубы грязную тряпку, которая служила ей шарфом. Локвуд остался невозмутим.
‒ В целом, верно, ‒ согласился он. – Как и вас.
Я быстро глянула на него, а потом на старьевщиков. Те мрачно молчали. Им тоже возразить было нечего.
‒ Поэтому, ‒ Локвуд провел рукой по волосам, ‒ мы и подумали, что сможем справиться с ней, если объединим силы.
‒ Да ты вообще кто такой? – вызывающе произнес парень в протертой куртке.
‒ Я Энтони Локвуд, эсквайр, глава парапсихологического агентства «Локвуд и компания», единственного в Лондоне, которое не прогнулось под Фиттис и не собирается. А собирается дать им отпор. А вы?
Парень презрительно фыркнул и ничего не сказал. Остальные старьевщики переглянулись и один из них, седой человек, ответил:
‒ Здесь собрались представители восьми общин. Имейте в виду, что далеко не все поддерживают идею бодаться с Фиттис.
Локвуд кивнул.
‒ Я их понимаю. Они вольны оставаться в стороне, если хотят. Но раз вы здесь, значит, вы хотите что-то изменить. Что-то предпринять. Насколько все плохо? Что именно вытворяет Пенелопа Фиттис?
‒ Произвол, ‒ коротко ответил кто-то.
‒ Покушается на нашу свободу, ‒ подхватил другой. – Диктует нам правила.
‒ А несогласных убирает исподтишка, ‒ закончила девица с косой-мочалкой.
‒ Эта женщина хочет, ‒ сказал седой человек, ‒ чтобы самые мощные найденные Источники передавались ее агентству в качестве случаев для расследования. Остальное она оставляет нам. Также она требует отчетности о наших действиях.
‒ Нашла себе собачонок, ‒ прорычал парень в кожанке. – А не пошла бы она!..
‒ Повсюду шпионы, ‒ сказала жующая женщина. – Пикнуть не успеешь, как загремишь к ней на ковер. Аукционы вечно срываются. Она знает все. И хочет взять весь рынок под свой контроль.
И сплюнула дрянь, которую жевала, куда-то под стол. Ее сосед выругался. Пока они огрызались друг на друга, Локвуд переваривал полученную информацию. Все действительно было хуже некуда. Марисса протянула свои руки повсюду.
‒ Что, если я скажу, ‒ наконец начал он, ‒ что у нас есть на нее такой компромат, который поставит на уши всю Англию?
Все ненадолго замолчали, а потом девица с косой спросила:
‒ Так чего же вы ждете?!
В каюте поднялся гомон. На нас посыпались вопросы, кто-то возмущался, что он зря пришел и тратит свое время, кто-то требовал рассказать, что же это за компромат такой. Локвуд немного подождал, а потом поднял руку, призывая к тишине. Потихоньку вопли сошли на нет, к тому же снаружи по двери послышался удар, призывавший вести себя поспокойнее.
‒ Нужен благоприятный момент. Сами понимаете, мы бы тут не стояли, если бы могли разоблачить ее сию секунду. Мы собираем доказательства. Однако пока их недостаточно. Паутина Фиттис велика. Нам нужны неопровержимые данные.