Мы бросились прочь.
Хорошо, когда есть план и он отлично разработан. Плохо, что не всегда план срабатывает.
Из-за кулис прямо на нас вышел высокий человек с обнаженной рапирой. Даже в темноте мы узнали его. Светловолосый, широкий в плечах, с аккуратными усиками. Сэр Руперт Гейл. Он встал на нашем пути к свободе. За нашими спинами уже началась потасовка между людьми Винкман и теми, кто вознамерился нас поймать.
В темноте белозубо сверкнула хищная улыбка сэра Руперта. Он теснил нас, мы пятились. Я лихорадочно пыталась нашарить в рукаве нож.
‒ Беги, я его задержу! – крикнул мне Локвуд. Вокруг поднялся страшный гомон и гвалт: полицейские и охрана призывали нас ловить, люди в зале запаниковали. Одни прятались под кресла, другие, давя друг друга, бросились к дверям. Они кричали, просили помощи или угрожали. Входы и выходы еще не открыли.
Локвуду нечем было сражаться. Но и повернуться спиной значило получить клинок между лопаток. Мне удалось наконец нашарить рукоять ножа. Я как ярмарочный фокусник вытряхнула его из рукава. Ухмылка сэра Руперта стала шире.
Он сделал выпад, мы прянули назад, и раздался выстрел, чья пуля просвистела прямо между нами. Она ударилась о гарду рапиры Руперта Гейла и выбила ее у него из рук. И судя по ее траектории и источнику звука… ну да. Светильник.
Чертов огромный светильник.
И чертов Финн Флеймс болтался на чертовой огромной люстре.
Отсюда было не видно лица, но кому бы еще пришло в голову на ней покататься. Люстра все еще раскачивалась. Маленькая темная фигура ловко перескочила с одного огромного крюка на другой. Хлопок. Я скорее угадала, чем услышала звон стекла. Финн целеустремленно перебирался на противоположную сторону обода, чтобы скрыться от пуль преследователей. Господи, неужели больше было некуда бежать?.. У меня сердце заходилось от мысли, что будет, если навернуться с такой высоты. А если в прыжке соскользнут руки, и полетишь вниз, сорвавшись с балкона…
Локвуд потянул меня прочь; я видела нашего товарища всего одно мгновение, прежде чем мы дали деру.
Мы сбили с ног одного полицейского, увернулись от какого-то громилы и ссыпались в зал с реквизитом. Нам вслед неслись ликующие вопли толпы: похоже, двери наконец отворились. Из зала мы выскочили в выходящий в фойе коридор, где начиналась лестница наверх. По этой лестнице струился густой поток из толкающихся и кричащих людей. Дамы путались в своих платьях, а некоторые кавалеры даже не обращали на это внимания, стремясь покинуть опасное здание. Они легко смели бы нас, если б мы не вжались в стену. Одно хорошо: никто на нас не обращал внимания.
Фойе стремительно заполнялось людьми. Мы с Локвудом переглянулись. Похоже, нам придется подняться. Иначе в этой давке нас просто расплющит. Поэтому по стеночке, по стеночке, мы стали пробираться выше и выше. Уже на уровне второго этажа людей стало меньше. В общем-то, последние гости спешно покидали театр.
‒ Пойдем через третий, ‒ сказала я Локвуду, уступая им дорогу. – Нам все равно нужно встретиться с Финном.
Прыгнуть со светильника можно было только на балкон третьего этажа. Когда я думала об этом, у меня кружилась голова. Такого безумия я в жизни еще не видала.
Чуть помедлив, он кивнул, и мы поднялись еще выше. Двигаясь по лестнице, мы с опаской заглядывали вперед. Потому что там, наверху все еще кто-то был. Кто-то, помимо Финна. И этот кто-то стрелял из пистолета. Еще даже не оказавшись в коридоре, мы услышали новые хлопки. Я убрала кинжал и достала из сумочки вспышку. Теперь ее можно использовать без вреда. Без вреда для обычных людей, я хочу сказать.
Мы подкрались к первому же балкону и осторожно выглянули из-за портьер.
Зал был пуст, сцена – не совсем. Внизу, за ней, угадывалось шевеление. Вот проклятье. Знать бы еще, кто там толчется – свои или полицейские. Ладно, нас пока интересовало не это. Мы осмотрели ложи по бокам зала. Все они казались пустыми, но в какой-то из них прятались люди. Я до боли в глазах вглядывалась в светильник, но никого на нем не увидела. Он еще немного покачивался.
‒ Он там, ‒ шепнул Локвуд и аккуратным жестом показал на балкон почти напротив нашего. Я так никого и не рассмотрела, но тут откуда-то слева в указанном направлении снова выстрелили. Балкон брызнул каменной крошкой. В ответ не последовало никакой реакции. Немного подождав, мы с молчаливого согласия друг друга стали осторожно двигаться дальше.