— Что? — разом спрашивают Кирк и Райя.
— Так и есть. Угенская провинция по плану ЦРУ должна стать плацдармом для военных операций США в Африке. Нужно только довести отделение провинции от Ревалии до конца. Армия США уже сейчас тайно снабжает сепаратистов, но там очень сложные способы доставки. А с Синдикатом поставлять им оружие из других стран стало бы куда проще. Мы — здешние. В своей стране мы знаем всё, все маршруты, которые можно будет превратить в каналы поставки оружия. Знаем всех, кому можно заплатить за сотрудничество. Мы можем перевезти угенцам и танки, и ракетные системы, и переправить наёмников. Если армия США получит в распоряжение Синдикат, конфликт решится быстро и в пользу Угена. И американцы получат отличную базу для своей деятельности в Африке.
Кирк и Райя переглядываются.
— Дело совсем не в том, чтобы уничтожить преступную организацию в одной африканской стране. Вы служите расширению американской гегемонии. Безопасность простых людей тут не при чём. Даже наоборот: когда через Синдикат на территорию пойдут наёмники и оружие, масштабы конфликта сразу вырастут. И мирные люди, которых вы будто бы защищаете, будут гибнуть.
И Кирк, и Райя молчат. Мабуши украдкой улыбается одними глазами.
— Вас используют. И я смогу вам это доказать.
— Откуда ты всё это знаешь? — спрашивает Райя.
Он откидывается на спинку кресла и складывает кончики пальцев.
— Я умею говорить с людьми. Я честен с ними, и они тоже откровенны со мной. Я могу рассказать вам многое. Приготовьтесь слушать. Я буду говорить долго.
Райя опускает оружие, и Кирк тоже. Мабуши удовлетворённо кивает.
— Я рад, что вы мне верите, — он поглаживает бороду, будто хваля себя за что-то. — Начнём с того, что…
Панорамное окно за его спиной разлетается на куски. Перед Мабуши всё в один миг оказывается залито кровью. Доктор вздрагивает всем телом, валится вперёд и со стуком ударяется лбом о стол.
Кирк и Райя разом бросаются в стороны, прячась за креслами, но больше ничего не происходит. Слышно только как шумит море, как ветер посвистывает в выбитом окне. Тело доктора неподвижно лежит грудью на столе. На пол падают крупные алые капли.
Кирк крадётся к окну и осторожно выглядывает наружу. Нигде никакого движения. Слабо светится в ночи беседка на утёсе.
Райя, стараясь не высовываться из-за стола, подбирается к Мабуши и поворачивает ему голову. Видно, что пуля вошла ему в затылок и прошла насквозь. Глаза доктора теперь сделались бессмысленными, брови изогнулись в немом удивлении. Образ всезнающего мудреца разрушен дырой во лбу.
— Уходим, — отрывисто произносит Кирк, заглянув куда-то под столешницу.
— Надо найти того, кто стрелял, — говорит Райя.
— Нет времени, — он резко выпрямляется и указывает на стол. — Здесь тревожная кнопка, как в банках. Этот урод вызвал подкрепление, а нам заговаривал зубы и выигрывал себе время. Надо уходить, быстро!
Они быстро идут к выходу. Движения Райи становятся дёргаными, порывистыми — Кирк видел такое на войне, когда кому-то приходится идти осторожно, но при этом хочется нестись со всех ног.
Оказавшись снаружи, они не сговариваясь бегут к ограде, огибая освещённые места. Выбравшись за территорию, взбираются на склон, туда, где спрятана машина.
Райя останавливается на склоне, хлопает Кирка по плечу и указывает вниз. У ворот виллы остановился внедорожник, следом подъехал ещё один. Из обоих выскакивают вооружённые люди и несутся к вилле.
Кирк и Райя начинают взбираться ещё быстрее
Через три минуты они уже в машине. Не зажигая фар, они выбираются на шоссе и едут к городу.
— Кто его убил? — спрашивает Райя.
— Кто-то, кто умеет обращаться с оружием. Стреляли из этой чёртовой беседки — при таком расстоянии и ветре отличный выстрел.
Помолчав, Кирк добавляет:
— Если бы не этот стрелок, нас бы там накрыли. Так что я желаю ему удачи. Кем бы он ни был.
***
Приехав в город, они находят маленький отель на окраине с очень нелестными отзывами в приложении. Им оказывается вытянутая вдоль тротуара ветхая двухэтажка, облицованная потрескавшейся красноватой штукатуркой. Полы внутри деревянные, старые, при каждом шаге они громко скрипят, а стойка, за которой стоит хозяин, едва не разваливается. Наверное, поэтому постояльцев здесь почти нет, судя по доске, увешанной ключами от невостребованных номеров.
— Вам один номер? — спрашивает хозяин. — У нас есть отличный двухместный, с двуспальной кроватью — его обычно берут молодожёны, которые решили провести медовый месяц у моря…
— Нам два отдельных номера на втором этаже, — говорит Райя. — Найдите такие, чтобы были напротив друг друга.
Хозяин подбирает им номера в конце длинного коридора с редкими тусклыми лампочками и потрескавшимися стенами. Их двери действительно напротив друг друга — у одного окна выходят во двор, у другого на дорогу. Райя берёт себе тот, что смотрит во двор.
— Хочешь, выпьем чего-нибудь? — спрашивает Кирк, остановившись у своей двери.
— Вряд ли тут обслуживают номера по ночам, — говорит Райя, не оборачиваясь.
Она крутит ключ, но замок не поддаётся. Кирк уже порывается ей помочь, но она справляется сама.
— Прости, но я устала, — она заглядывает ему в глаза. — Сейчас я доберусь до кровати и вырублюсь. Спокойной ночи.
Она делает шаг в номер и уже в дверях вдруг оборачивается и посылает ему шутливый воздушный поцелуй, на мгновение став дурашливой и озорной. Дверь закрывается, и Кирк ещё несколько секунд разглядывает свежую зелёную краску, нанесённую прямо поверх несчищенной старой.
Спохватившись, он входит в свой номер, запирает за собой дверь, находит стул со спинкой и подпирает ручку так, чтобы её невозможно было взломать снаружи.
Раздевшись, он садится на серые, но чистые простыни и пишет Бенуа:
«Не удалось захватить Мабуши. Его устранил неизвестный. У нас без потерь. Заселились в отель «Арабский купец».
27. Радикальная эмансипация
Куратор перечитывает отчёт Бенуа об операции и с досадой бросает телефон на стол. Мабуши погиб. Его кто-то убил. Возможно, оперативники прокололись, случайно застрелили его и теперь сваливают свою ошибку на некоего неизвестного стрелка. А может, гений психологии Мабуши оказался не таким уж гением.
Куратор берётся за мышку и с досадой отправляет папку доктора Мабуши в корзину. В директории остаётся только досье Асаба.
Асаб всё ещё молчит. Неизвестно, что он думает по поводу предложения от Агентства. Не ясно, можно ли на него рассчитывать. Нужен ещё кто-то. Нужен запасной вариант.
Подумав, Куратор восстанавливает досье Надиви. Конечно, он не ровня Асабу, но как номинальный лидер Синдиката сойдёт и он. Правда, в этом случае придётся убирать Асаба, который в Синдикате пользуется куда большим авторитетом, чем Надиви. И это само по себе куда сложнее…
Тем не менее, Надиви нужен. Надо его найти, где бы он ни прятался.
Только как это сделать?
Положив подбородок на сцепленные пальцы, Куратор погружается в размышления.
***
Телефонный звонок врывается в бормотание телевизора — бесцеремонный, наглый, нетерпеливый как всегда. Так звонит хозяин. Валери не глядя берёт телефон и жмёт кнопку ответа, не сомневаясь насчёт того, кого сейчас услышит.
— Привет, детка, — произносит голос Надиви. — Ты должна кое-что сделать.
До Валери уже дошли слухи, что он внезапно пропал пару дней назад. Что его любимый клуб прикрыл Интерпол, арестовав там десятка два человек. Большинство из них сразу же отпустили, оставили только некоторых вроде хозяина клуба. Валери втайне надеялась, что Надиви окажется среди тех, кого отпускать не стали. Но сейчас он звонит явно не из камеры.