Агата приглядывается к ней и вдруг вся расцветает. Это Валери Стилл. Она точно такая же, как тогда, у больницы «Святой Сальвадор».
— Ты не сказала, что мы ждём ещё кого-то, — говорит мулатка.
Она кладёт руку на сумку. У полуголого мужчины заметно напрягаются плечи.
— Она с нами, — говорит Агата. — Ей можно доверять.
Конечно, можно. Валери ведь доверилась Агате, когда всё же дала ей свой телефонный номер.
Мужчина и женщина в машине чуть расслабляются.
— Давайте ко мне, — Валери кивает на свой автомобиль. — Там почище. И есть кондиционер. Кое-кому тут очень жарко.
Она проходится по телу мужчины таким взглядом, что у Агаты кровь приливает к щекам.
Мужчина и женщина в корвете кивают друг другу. Он выходит, а она убирает в сумку пистолет, всё это время лежавший у неё под рукой.
В машине Валери прохладно. Оперативники садятся на заднее сиденье, Агата занимает переднее пассажирское место, рядом с Валери.
Она снимает очки. Мужчина вглядывается в её лицо.
— Я тебя где-то видел, — говорит он.
— Я снялась в паре фильмов. В тех, о которых тебе друг рассказывал.
Повисает пауза. Все несколько секунд глядят на Валери, думая об одном и том же. Валери спокойно выдерживает эти взгляды.
— Нам нужно где-то залечь, — наконец произносит мулатка.
— Только не в отеле, — говорит мужчина. — Нас тут же сдадут Синдикату. Может, ночью нас так и вычислили.
— Дело не в этом, — говорит Агата. — Нас всех обнаружили в одну ночь. Бенуа написала, что я в опасности. И что я должна найти вас. Она как-то узнала, что на всех нас вышли одновременно.
— А где сама Бенуа? — спрашивает Райя.
Агата пожимает плечами, на секунду почувствовав себя потерявшейся в толпе девочкой. Она глядит на Валери, и кажется, будто за холодностью актрисы что-то мелькает.
— Мы вообще можем что-то обсуждать при ней? — мулатка кивает мужчине на Валери.
— Да, при мне вы можете говорить на взрослые темы, — произносит та. — Агентство, шпионские игры — я всё это знаю. И даже иногда участвую.
Она смотрит на Агату и произносит:
— Мы можем поехать ко мне.
— Не уверена, что это хорошая идея, — говорит мулатка.
— Не волнуйтесь, у меня резиновые члены по комнатам не валяются, — Валери усмехается. — Обычный дом на побережье. Совсем не секс-шоп.
Мулатка тяжело вздыхает, сжав сумку у себя на коленях. Мужчина кладёт ладонь ей на плечо.
— Иногда нужно просто довериться. Какие у нас ещё варианты?
— Действительно, когда у тебя есть только штаны на заднице, вариантов немного, — говорит Валери.
Мужчина хмыкает. Его спутница смотрит угрюмо.
— Мы можем друг другу доверять, — с нажимом произносит Агата. — Не знаю, чего хотела Бенуа, но мы точно должны работать вместе. Поедем к Валери.
— И обсудим, как мы вообще оказались в такой заднице, — говорит оперативница. — Вы меня убедили. Едем.
***
Дом Валери за городом, на береговой полосе. Наверняка недвижимость здесь недешёвая. Агата вдыхает морской воздух, шагая вслед за Валери к современному одноэтажному домику. Ей почему-то сразу здесь нравится.
— У тебя тут уютно, — произносит Кирк, осматриваясь. Заметно, что ему неловко.
— Любезности оставим на потом, — говорит Райя, бросив сумку рядом с диваном. — Нас кто-то сдал. Предлагаю поговорить об этом.
— Может, Бенуа? — спрашивает Кирк.
Он усаживается на диван. Райя садится рядом, прижавшись к нему бедром.
— Бенуа не отвечает на звонки, — говорит она. — Её телефон выключен. Не похоже на ответственного агента.
— Если она вас сдала, то зачем помогла найти друг друга? — спрашивает Валери, усевшись в кресло напротив.
— Я думаю, что… — у Агаты дрожит голос, — что Бенуа уже нет в живых. Я её знаю, ей можно доверять, она не могла нас предать. Я не могу это доказать, но надо подумать над другой версией.
Несколько минут все молчат. Райя и Кирк переглядываются. Агата смотрит в пол. Валери задумчиво глядит на неё.
— Нужно уезжать, — глухо произносит Агата. — В другую страну. Домой.
— У нас есть задача, — говорит Кирк.
— Мы не можем её выполнить, — говорит Райя неожиданно мягко. — Мы не знаем, где наши цели. Нам обозначили троих. Мабуши мёртв, где Надиви и Асаб — неизвестно.
— Уехать вы тоже не можете, — говорит Валери, глядя на море. — Не советую вам соваться в аэропорты или селиться в гостиницах. Оставайтесь у меня. Здесь вас не станут искать.
— И долго нам тут быть? — спрашивает Райя. — Нужно искать контакты. Есть ещё кто-то из наших в Ревалии?
Все смотрят на Агату.
— Откуда мне знать? — спрашивает она.
— Из нас ты — единственный агент, — говорит Кирк. — Я и Райя — исполнители. Валери…
— Внештатная сотрудница, — Валери пожимает плечами.
— Я не знаю, что делать, — говорит Агата. — На роль лидера я не гожусь.
Райя что-то хочет сказать, но её перебивает короткий звон входящего сообщения. Агата достаёт из кармана телефон и, нахмурившись, читает сообщение.
«Нам надо встретиться. У меня есть информация, которая тебе нужна».
Это обычное СМС, не мессенджер Агентства. Номера отправителя нет в её списке контактов.
Агата, помедлив, пишет ответ.
«Кто ты?»
«Об этом не сейчас».
«Откуда мне знать, что тебе можно доверять?»
«Всё руководство Агентства так решило, когда направило меня в тренировочный лагерь в Беркли. На курсы для пташек».
Курсы для пташек. Калейдоскоп картинок мелькает перед мысленным взором Агаты: она в мокром насквозь кимоно в спортзале; она на гулком стрельбище, с тяжёлым и непослушным пистолетом в руках; она проводит бесконечные часы психологических тренингов в скучных кабинетах. Там всё это так и называлось — курсы для пташек.
«Встретимся вечером в кафе «Киваги».
— Это может быть ловушка, — говорит Райя.
Все смотрят на Агату. Телефон в её руках. Неизвестный адресат ждёт её ответа.
«Встретимся на моих условиях», — пишет Агата. «Я сама выберу место. Скажу тебе, где я буду вечером. Ты приедешь ко мне».
Ответа долго нет. Агата чувствует, как в комнате сгущается воздух. Когда наконец раздаётся сигнал, у неё вздрагивает рука.
«Идёт. Но я тоже ставлю условие: ты будешь там одна. Если замечу ещё кого-то с тобой, всё отменяется. Идёт?»
Сердце у Агаты колотится сильно и часто. Все смотрят на неё с тревогой, и она кажется себе ещё более беззащитной.
Сжав зубы, сделав над собой усилие, она пишет ответ.
«Я согласна».
33. Славная девочка Лисса
Весь день сижу, уставившись в кухонное окошко. Там нечего разглядывать — разве что такой же низенький многоквартирник с маленькими клетушками вроде нашей с отцом. Время тянется медленно, и при этом чудится, будто утро было только что, хоть уже и вечереет. Кажется, за весь день я так и не встала из-за стола.
За стенкой, в единственной комнате, орёт телевизор. Оказывается, я уже успела отвыкнуть. Не могу вспомнить, когда в последний раз была дома целый день и целую ночь подряд.
Тянет что-то. Мешает думать. Мысли медленные и короткие. Так было, когда меня отлупили до сотрясения. Только вчера-то меня никто и пальцем не трогал. Но голова так же отключается и не хочет работать.
А думать надо. Надо куда-то пристраивать свою рабочую задницу. Клуб закрыли. В новый просто так не возьмут, а поручиться за меня теперь некому. Да и не надо никому говорить, что я работала в «Каса Нове». Могут подумать, что та самая крыса, из-за которой накрыли клуб — это я. Поди докажи потом, что это не так.
Неизвестно, что делать дальше. И в голову ничего не лезет. Денег немного. Я и сиделке велела не приходить, раз уж я торчу дома.
На улицу придётся вернуться, вот что. Обратно на панель. От этого и мутно на душе.
Нет, не от этого.
Эти звери убили Джен! А я ничего не сумела сделать. А могла бы. Могла бы! Могла ведь?!