Глава 4. Этап в никуда
До нового года оставалась неделя, но с недавних пор праздники, какие бы они ни были, меня не радовали, а скорее, наоборот, наводили тоску. Одно я знал твёрдо, что в ближайшие дни меня на этап не отправят, так как, судя по рассказам руководства, бумага на счёт меня из питерского туна не поступала. А как только придёт, благодаря прошлым связям и хорошим отношениям, я знал, что мне сообщат первому. Именно это, наверное, не держало меня в напряжении, особенно в дни этапов.
Адвокат на время пропал и о судьбе документов я ничего не знал. Но в душе был уверен, что он меня не подведёт. Тем более, чтоб довести всё до конца, не требовалось в чём-то напрягаться и себя перегружать. Согласитесь, что только сволочь, причём не просто сволочь, а именно конченая мразь могла бы в данной ситуации про меня забыть, ведь на карте стояла моя жизнь.
Новый год в нашем подвале прошёл незаметно и впервые за много лет, проведённых в Крестах, я встретил его "на сухую". А говорят, как встретишь его, так и проживёшь год.
От друзей по несчастью, из камеры в камеру прошли словесные поздравления, а также новогодние подарки. Я, к примеру, отправил кому-то яблоки, а он мне - мандарины. Мент, стоит отдать ему должное, приготовил на своей плитке разной вольной бодяги.
Мечтая о счастливом будущем, я все январские выходные проспал, как медведь в зимней спячке, поднимаясь лишь для того, чтоб оправиться и подкрепиться. В тюрьме вообще тяжело переносятся как выходные, так и праздничные дни. А точнее сказать, что полный штиль во всех отношениях. Никаких движений, если только изредка шуршание мешков с передачами нарушают тишину. Это, конечно, в том случае, если ты не пьёшь. И скажу прямо на этот счёт, что пить в тюрьме тоже надо уметь, так как любая пьянка вполне может оказаться проблемой. И если не умеешь держать себя в руках - быть беде. Для этого и к гадалке не надо приходить, чтобы знать об этом. Очень часто с похмельем просто беда, так как сложно с утра найти похмелье, поскольку "банковать" начинают только под вечер. Я одно время часто пытался оставлять на утро спиртное, чтоб не болеть, так как хочешь, не хочешь, а жизнь заставляла.
После десятого января адвокат всё же "нарисовался". Прошла по Крестам волна о том, что меня якобы увозят, хотя я, по своим каналам никаких новостей по этому поводу не получал и поэтому данные слухи для меня были неожиданностью.
- Кто тебе сказал, что увозят? - спросил я адвоката.
- В спецчасти сообщили! А когда заходил в Кресты, мне вообще сказали, что твоего уже нет, мол, увезли. Поэтому я сразу поднялся в спецчасть, чтоб уточнить, насколько это правда!
- Странно, я об этом впервые слышу! И когда, по-твоему, ожидать? - спросил его я.
- Не знаю, точно не сказали! Но документы, якобы, на тебя готовят!
- А куда, случайно не сказали?
- Куда, не знаю! Я, собственно, не спрашивал, а сразу к тебе пошёл! Надо тебе на всякий случай чистые листы подписать, а я весь текст впечатаю, чтоб в трёх экземплярах сделать! Я решил, что в конституционный суд бумаги не буду по почте отправлять, а поеду в Москву сам и лично отдам секретарю. Вдруг, что-то понадобится дополнить, она на месте скажет! А в Европу всё отправил, не переживай!
Он достал четыре чистых форматных листка. Я подписал в тех местах, где было указано, и больше ни о чём не спрашивал, так как все мысли были сосредоточены на одном, почему мне не сообщили когда, а главное куда увезут.
- Позвони жене, чтоб не переживала и скажи, что, если вдруг я поеду на этап, то кто-нибудь ей обязательно об этом скажет, чтоб она зря не дёргалась! А в спецчасти я сейчас сам пробью.
Не задерживая больше адвоката, я вернулся в камеру. А когда дежурный закрывал, сказал ему, чтоб позвал ко мне "старшего" смены. Дело в том, что на днях уходил этап в Соликамск, что означало, если верить словам адвоката, я мог легко уехать. Большого желания попасть в данные места на знаменитый "Лебедь" у меня не было.
"Старший" по смене пришёл сразу и, к моему счастью, разрешил данный кроссворд, куда и когда. Он сообщил мне, что документы действительно пришли и спец часть готовит к отправке, но не в ближайшие дни и не на "Белый лебедь", а на неизвестный мне и моим соседям, якобы свежеиспечённый лагерь для пожизненных - "Чёрный Дельфин".
Вообще странно, зона с таким громким названием, а в Питере о ней ничего не известно. Время в ожиданиях пролетело быстро. Я же в свою очередь готовился, утрамбовывая свой баул предметами первой необходимости, то есть сменку, мыльно-рыльное и сигареты, чай и жил в ожиданиях этапа.