— Возможно, все не так уж плохо. — Говорил он, но мы оба знали, что это чушь, когда он произносил эти слова.
21
ЖИЗЕЛЬ
Я просыпаюсь и сначала не помню, где нахожусь. Я чувствую тепло на спине, рука обхватывает мою талию, и воспоминания возвращаются. Нейт искупал меня, одел и отнес в свою постель. Заснул со мной после того, как рассказал, что его с детства мучили кошмары, и что я была единственным человеком, с которым он когда-либо спал в одной постели, и пообещал, что будет оберегать меня и никому не позволит причинить мне вред.
Могу ли я ему доверять?
Раньше он говорил, что я его, потом отверг меня, сказал, чтобы я ни в коем случае не забеременела, прогнал и причинил боль. Говорит одно, а делает другое.
Теперь это не имеет значения, я испорчена. Кому я буду нужна со всем своим эмоциональным багажом? Я ничто, он может обращаться со мной как угодно, а мне будет все равно. Я чувствую себя отвратительно. Кто захочет меня, если все, что я могу вспомнить, — это их мерзкие руки, ставящие синяки на моем теле, разрывающие внутренности, ощущение агонии, мое тело в боли, потеря сознания, в котором я находилась, считая, когда смогу вернуться, а когда боль становилась мучительной, чернота забирала меня под себя, удушая вместе с приглушенными криками Бри.
При воспоминании о запахе трейлера и застоявшемся сигаретном дыме от дыхания Джека мне хочется блевать. Я встаю и бегу в ванную, отплевываясь от нахлынувших воспоминаний, пытаясь вытряхнуть содержимое желудка, но ничего не выходит, только слюна тянется изо рта.
Внезапно руки хватают меня за длинные волосы, отводят их от лица и держат. Я чувствую, как Нейт растирает руками круги на моей спине.
— Все хорошо, детка, выпусти это. Я здесь.
Он помогает мне встать с пола и подойти к раковине, чтобы почистить зубы. Мятный запах зубной пасты приветствует меня, когда аромат заполняет мой нос, вытесняя воспоминания об ужасном запахе. Я чищу зубы и понимаю, что все мои туалетные принадлежности находятся в его ванной.
Когда он чувствует, что я могу стоять самостоятельно, он оставляет меня одну, чтобы я могла собраться. Я молчу и закрываю дверь на замок, нуждаясь в чувстве безопасности. Я знаю, что он сильнее меня и, если захочет, сможет сделать все, что угодно, и никто об этом не узнает.
Нейт вспыльчивый и может быть жестоким, но он не насильник. Когда я танцевала для него приватный танец и просила его остановиться, он останавливался, не требовал и не навязывался мне. Глупо, что я заперла дверь, когда только что проснулась в той же кровати, в которой мы спали, но я не могу рисковать тем, что он увидит, как я скребу кожу, когда принимаю душ. Мне нужно чувствовать боль, которую причиняет скраб моей коже, чтобы я могла чувствовать.
Через некоторое время скраб делает мою кожу гладкой и нежной, а боль, которая возникает при этом, пробуждает потребность чувствовать себя живой. После скрабирования я лежу на полу в душе, используя небольшое полотенце для рук. Честно говоря, я бы предпочла мягкую подушечку для чистки, этого было бы достаточно, но я не смогла ее найти. Нейт стучит в дверь, и когда я задерживаюсь там на минуту или две, он открывает замок и обнаруживает меня на полу в душевой, с согнутыми коленями и головой, лежащей на плитке.
— Жизель? — Я просто лежу под струями воды, падающими на мое лицо, и не отвечаю. — Посмотри на меня, детка, пожалуйста.
Я поворачиваю голову и вижу его мускулистые бедра в шортах, но не поднимаю взгляд, чтобы встретиться с ним глазами. Он выключает воду и несет меня, завернутую в белое пушистое полотенце, такое мягкое, а может, это потому, что моя кожа покраснела и стала нежной.
— Тебе придется довериться мне. Я буду прикасаться к тебе, хорошо? Это поможет, но ты должна смотреть на меня и знать, что это я.
Я киваю. Он разворачивает меня, когда я высыхаю, и я лежу там голая, как в день своего рождения, не заботясь о том, видит ли он всю меня, потому что это не имеет значения. Он поворачивает меня к себе лицом, и я вижу татуировку на его шее, которая идет вверх по бокам его тщательно выбритого скальпа. Татуировки на его костяшках ласкают мое лицо, а я не вздрагиваю и не напрягаюсь. Его прикосновения мягкие, а моя кожа нежная. Ощущения приятные.
Большой палец теребит мою нижнюю губу, когда он опускает свой рот и нежно целует меня. Я не двигаюсь, пока он продолжает целовать мои губы, проникая языком внутрь, открывая мой рот и ища мой язык. Мои глаза находят его, и он скользит руками по моему лицу, разрывая поцелуй.