Прошло семь дней после нашего разговора с Анжелой. Три дня назад техники завершили бронирование моего, теперь уже не просто корабля, а самого настоящего среднего крейсера. Кое-какие недоделки еще конечно же остались, но исправить их здесь, на Станции никак нельзя. В основном это касается моей идеи насчет небольшого парка на одной из палуб. Так-то все подготовили, но взять такое количество плодородной почвы, а вместе с ней саженцев кустов и деревьев, здесь просто негде. Последние три дня я постоянно провожу на корабле, рыская туда-сюда по Системе, привыкаю к управлению, подстраиваю ИскИны, регулирую, калибрую и центрую двигатели. Не сам конечно, а с помощью флотских техников, инженеров и их дроидов. Каждый вечер, после возвращения к Станции, на крейсер загружают продукты, воду и воздух, завозят контейнеры с ЗиПом, расходниками и картриджами. Сегодня вечером на борт должны поступить купленный мной челнок, мой трофейный бот уже на борту. В общем, если все будет нормально, то завтра после обеда я отсюда отчалю. Все последние ночи я провел с Никой, она даже пару раз вылетала со мной на испытания. Мне кажется, что она ждет, что я ее позову с собой и видит Бог, я бы сделал это с радостью, но… не могу, не хочу подвергать ее жизнь опасности, поэтому молчу, только теснее прижимаю ее к себе по ночам и люблю до одурения, до полной потери сил.
Тоже самое было и в нашу последнюю ночь. Мы наслаждались друг другом и не могли остановиться. Да, сами мы остановиться не могли… нас остановили. Уже под утро, когда мы почти обессиленные наконец немного задремали, чтобы через несколько минут опять проснуться и слиться в поцелуе, по крейсеру пронесся сигнал тревоги, а через несколько мгновений сигнал повторил диспетчер со Станции. В Систему входили неизвестные корабли. Экипажи Эскадры уже давным-давно привыкли к, скажем так, ненапряжной службе. У многих из них на Станциях были у кого жены, у кого подруги и сейчас все это стадо пыталось добраться до своих кораблей, часть которых была пристыкована к Станциям, а часть болталась в разных районах Системы. Управляющий ИскИн крейсера транслировал картинку Системы напрямую на обзорный экран в рубке. Чужих кораблей было не так и много, чуть больше пары десятков, правда это были корабли тяжелого класса и я если честно, то никак не мог понять, чего они добиваются, или они не знают куда вломились… нет, знают! Все последующие действия вторгнувшихся кораблей показывали, что все они прекрасно знали и осознавали. Тем более, что ИскИн уже начал идентификацию противника. Все корабли постройки верфей Империи Элеф, правда идентификаторы на них стоят не элефтийские, а какого-то мелкого королевства Сакрон.
Пока я в экстренном порядке производил расстыковку крейсера со Станцией, Ника успела установить канал связи с диспетчером Станции и получала от него первые сведения по пришельцам. Глядя на ее лицо, ставшее вдруг и сразу белее мела и немного подрагивающие руки, я не мог не спросить:
— Милая, что случилось? На тебе лица нет.
— Алекс, это сакронцы!
— И что? Их в два с лишним раза меньше чем нас, да еще и Станции своим огнем нас поддержат. У этих сакронцев нет шансов!
— Ты не понимаешь! Сакронцы, они… они не люди, они не живые!
— Стоп-стоп, как это неживые, мертвые что-ли?
— Ну да! Для всех они уже мертвые, хотя пока еще и живые!
— Солнце мое, что-то я ничего не пойму, то они живые, то неживые, то мертвые, то немертвые. Ты уж определись, пожалуйста.
— Я толком не знаю, это какой-то первобытный обряд или еще что, толком вообще никто ничего не знает. Но их, говорят, невозможно убить!
— Если нельзя убить, то значит надо сжечь. Вот этим мы очень скоро и будем заниматься.