— Нет, немного не так. Ты же понимаешь, что все разумные разные, кому-то дано больше, кому-то меньше. Мы были вообще, очень необычной расой, практически не развивали технологии, в твоем понимании, конечно, но при этом проводили своеобразную космическую экспансию. Находили пригодные для жизни планеты и оставляли на них «Семена Жизни»…
— Зародыши нейросетей?
— Да. Планеты конечно же выбирались те, на которых уже была жизнь, пусть и самая примитивная. Я не знаю, почему зародыши прозвали «Семенами Жизни», скорее это были «Семена Разума».
— А как же вы находили эти планеты, если у вас не было технологий?
— Нам для того чтобы путешествовать среди Звезд были не нужны корабли, мы находили гораздо более короткие пути, силой своего разума. Конечно не сразу, для этого нам потребовались сотни тысяч лет развития, целенаправленного развития.
— Что-то вроде порталов?
— Да, что-то вроде.
— Так что же с вами случилось?
— Бессмертие. С нами случилось бессмертие. Мы очень много о себе возомнили, а некоторые, так не просто очень много, а очень и очень много. Мы стали считать себя равными Творцу. Некоторым из нас стало не хватать возможностей физического тела, да еще плюс ко всему постоянный страх его уничтожения. Да, мы могли жить вечно, но только в своем теле, достаточно было уничтожить его и мы погибали, как и обычные смертные. Вот тогда-то и появился трехкомпонентный нейрокомплекс. «Менто-технический» модуль мог нас обеспечить сохранением всех наших возможностей, «технологический», позволял создать себе тело, буквально из ничего, причем любое тело, на наш выбор, а «индивидуально-интеллектуальный» модуль… он сохранял нашу… ну не знаю, Душу, Дух, Разум, называй как хочешь. Правда, доступно это было не всем, далеко не всем, я же говорила, что разумные разные, мы тоже не были исключением. Комплекс был доступен только самым сильным, самым могущественным из нас. Нет, любой мог его получить, но не любой мог им воспользоваться. Кому-то не хватало внутренней силы, кому-то силы Духа, а кого-то останавливал Страх, страх вместе со своим телом потерять и себя. В общем, за нами началась охота. Даже самый сильный не сможет выстоять в бою против сотни или тысячи, пусть и несоизмеримо более слабых. Небольшая часть из нас ушла в другие Миры, тогда-то и появилось то, что ты называешь «Станцией», в каждом из Миров, куда уходили мои соотечественники появилась эта «Станция», точнее незначительная ее часть, принадлежащая именно этому Миру. Часть разбрелась по нашему Миру, в поисках тишины, покоя и безопасности. А часть, наиболее сильных, покинули свои физические тела, перейдя на иной, недоступный другим план существования.
— А ты?
— Я? Я пыталась, но не смогла. А когда попыталась вернуться, то обнаружила, что мое тело уже уничтожено и тогда…
— Тогда ты поместила себя в этот Зародыш.
— Да.
— И много таких?
— Нет, не думаю. Скорее всего я такая одна. Ты просто не представляешь себе, что это такое оказаться заключенной в мизерном объеме и год за годом, век за веком, тысячелетие за тысячелетием биться о стены и не иметь возможности ничего сделать. Ты даже представить не можешь сколько раз я за эти сотни тысяч лет сожалела, что выбрала такой путь, поверь мне, уж лучше полное развоплощение, чем такие пытки.
— Ты говорила, что слышишь родственные тебе нейроструктуры. Ты слышишь своих сородичей?
— Нет, сородичей я слышала первые пару тысяч лет, потом их голос затих и пропал. Я «слышу» именно нейроструктуры, такие же зародыши и еще что-то очень знакомое, но что это я понять не могу.
— Ясно. Ты говорила, что обладатели этого вашего нейрокомплекса, могли свободно путешествовать между Мирами. Значит и я так смогу?
— Да, сможешь… через пару десятков тысяч лет, если сможешь развить тот огонек внутренней силы, что в тебе еле-еле тлеет. Если у тебя хватит смелости, если твой Дух выдержит перерождение. Мой не выдержал.
— Ладно, столько я все равно не проживу, так что об этом и говорить не стоит. Я хочу знать, чего хочешь ты, лично ты? Что мне с тобой делать?
— Ну почему же не проживешь, вполне можешь, теперь можешь. А чего я хочу? Ты не поверишь, я хочу снова стать живой, почувствовать все радости жизни, как лицо обдувает ветер, как на кожу падают капли дождя, как греют лучи солнца, хочу прочувствовать радость материнства и близости с мужчиной. Я хочу жить!
— И поэтому ты начала перестройку моего тела? Ты хочешь забрать его себе?
— Не смеши меня! Невозможно полностью удалить из тела того, кто в нем родился, каждая клетка твоего тела, твоя и только твоя. Я просто делаю свою квартиру более… комфортной, причем и для себя, и для тебя.