Ленин спас Маркса, а потом поставил его вверх ногами, продемонстрировав, что коммунисты могут побеленное крестьянство, где рабочий класс слаб, промышленность отстала, церковь — продажное орудие правительства, демократия анемична, государственность надломлена, — одним словом, где захват государственной власти агрессивной и целеустремленной политической фалангой мог оказаться легкой и решительной операцией с весьма болезненными последствиями в виде массовых репрессий.
В одной из своих самых ранних статей, а именно в некрологе, посвященном Фридриху Энгельсу, Ленин писал об интересе Маркса и Энгельса к России, об их знании русского языка и связях с русскими революционерами (одно время они поддерживали народников). «Оба, — писал Ленин, — сделались социалистами из демократов, и демократическое чувство ненависти к политическому произволу было в них чрезвычайно сильно».
Слово «демократический» в устах Ленина двусмысленно: оно означает и диктаторский произвол, который заменит произвол царской власти, и буржуазно-демократическую революцию, которую произведет враг буржуазии — пролетариат. Последнее только кажется парадоксом. Буржуазия отсталой страны, рассуждал Ленин, слишком: пропитана пережитками феодализма, чтобы спасти себя революционным путем. Поэтому передовой пролетариат в своих собственных и в национальных интересах произведет буржуазно-демократическую революцию вместо буржуазии, а потом, расстроив ряды своих врагов и добыв себе политические права, выроет могилу буржуазии и пойдет дальше, к социалистической диктатуре.
В марте 1913 года Ленин напечатал статью, подписанную инициалами В. И. и озаглавленную «Три источника и три составных части марксизма»{842}. В этой статье он снова заявил, что «беспристрастной социальной науки не может быть в обществе, построенном на классовой борьбе. Так или иначе, но вся казенная и либеральная наука защищает наемное рабство, а марксизм объявил беспощадную войну этому рабству. Ожидать беспристрастной науки в обществе наемного рабства —…глупенькая наивность».
Это утверждение не совсем несправедливо. Но следует ли из него, что Маркс, писавший в условиях «наемного рабства», не мог заниматься «беспристрастной социальной наукой»? Или, если Маркс был исключением, то не было ли и других исключений, кроме этого? Тут можно в скобках отметить, что в Советском Союзе заработные платы очень низки.
«Учение Маркса, — продолжал Ленин, — …полно и стройно, давая людям цельное миросозерцание…»
Таким образом, в марксизме следует искать ответов на все философские вопросы, и, в самом деле, Ленин утверждает, что «философия Маркса есть законченный философский материализм, который дал человечеству великие орудия познания, а рабочему классу — в особенности».
Три источника марксизма, упоминаемые в заглавии статьи, суть «немецкая философия, английская политическая экономия и французский социализм». Марксизм — их «законный преемник».
Три составных части марксизма — материализм, экономическая теория и учение о классовой борьбе.
«Философия марксизма есть материализм, — писал Ленин. — …Но Маркс не остановился на материализме XVIII века, а двинул философию вперед. Он обогатил ее приобретениями немецкой классической философии, особенно системы Гегеля, которая в свою очередь привела к материализму Фейербаха. Главное из этих приобретений — диалектика, т. е. учение о развитии в его наиболее полном, глубоком и свободном от односторонности виде».
Заслуга Маркса еще в том, утверждал Ленин, что: «Углубляя и развивая философский материализм, Маркс довел его до конца, распространил его познание природы на познание человеческого общества». Философский материализм, по мнению Ленина, объяснял природу, а исторический материализм — общество.