При всем значении, которое Ленин придавал политическим средствам контроля — Чрезвычайной Комиссии и Коммунистической партии, он оставался экономическим детерминистом и хорошо знал, что одним террором большевистской режим не продержится. Народу нужен был хлеб, одежда, лекарства, минимальные удобства, развлечения, образование.
Ресурсы же были ограничены. И без того распространенная безработица усилилась с нэпом. Национализованные заводы, перешедшие теперь на хозрасчет, увольняли ненужных наименее квалифицированных рабочих, в первую очередь — подростков и женщин. За молодых рабочих вступился Комсомол. 1 июля этот вопрос обсуждался в СТО. Ленин председательствовал, присутствовали представители Комсомола. Заместитель управляющего делами СТО предупредил их, что регламент выступлений — от 3 до 5 минут, но Ленин, видя смущение комсомольцев, не ограничил время выступлений. Комсомольцы просили создать школьную сеть для рабочих-подростков и внести обязательную минимальную норму приема подростков на промышленные предприятия (в мае 1922 года ВЦИК ввел такую норму: в крупной промышленности она составляла 7 процентов). «Чтобы предоставить увольняемым подросткам реальную возможность учиться, было решено обеспечить их общественным питанием в размере не менее половины детского пайка. Ленин поручил… проследить за выполнением этого решения»{910}.
Заседания СТО происходили по средам и пятницам. Они начинались в 6 часов вечера и часто продолжались за полночь. Заседания Совнаркома происходили по вторникам — очередные, а внеочередные — в зависимости от обстоятельств. Ленин открывал заседания точно в назначенное время, при любом числе присутствующих. Все опоздания отмечались в протоколах, с обязательным указанием, на сколько минут человек опоздал. «Появление в зале заседания опоздавшего члена Совнаркома Владимир Ильич встречал либо замечанием, либо укоризненным покачиванием головы, а при повторных опозданиях грозил выговором с опубликованием в печати… Но обычно такие опоздания или неявки на заседания были довольно редки, особенно в то время, когда в СНК и СТО председательствовал В. И. Ленин»{911}.
На заседаниях Совнаркома и СТО присутствовали не только высокие должностные лица, но и докладчики из низов, явившиеся для обсуждений или за инструкциями. «Ленин не любил растрачивать зря не только свое, но и чужое время. Как-то раз, поздно вечером, во время заседания СНК он случайно проходил через приемную, где ждали докладчики, и увидел, — как вспоминает Фотиева, — что она вся наполнена усталыми, измученными людьми, которые в клубах табачного дыма сидели, кто за шахматами, кто за газетой, кто беседуя с соседями в ожидании вызова…» Рассерженный этим, Ленин распорядился, чтобы докладчики вызывались на определенный час («Можно и должно добиться того, чтобы больше 15 минут докладчики не ждали»).
Даже в годы болезни, вспоминает Луначарский, Ленин по-прежнему весело и заразительно смеялся на заседаниях Совнаркома, особенно «когда ловил кого-нибудь на курьезном противоречии, а за ним смеялся и весь длинный стол крупнейших революционеров и новых людей нашего времени — над шутками самого ли председателя, который очень любил сострить, или кого-либо из докладчиков»{912}. Острот Ленина, впрочем, никто не цитирует.
В 1921–1922 гг. состоялось 124 заседания Совнаркома и 201 заседание СТО. Совнарком за эти два года рассмотрел 1221 дело, а СТО — 4422 дела. В период с 1 ноября 1920 г. по 1 ноября 1921 г. (по другим периодам данных нет) вопросы, рассмотренные СТО, распределялись так (в % общему числу вопросов): снабжение продовольствием, сырьем, топливом — 23,8; промышленность, транспорт и строительство — 19,6; труд и трудовая повинность — 12,3; общеорганизационные вопросы — 7,5; и т. д. На заседаниях Совнаркома организационные вопросы составляли 20,5 % всех рассмотренных вопросов, финансовые — 13,7 %, вопросы снабжения продовольствием, топливом и сырьем — 10,5 %{913}. Повестка для обоих органов в значительной степени совпадала.
До революции большевики так представляли себе экономическое будущее России: частный капитализм достигнет полного развития, а с ним разовьется и рабочий класс. Этот взгляд пережил революцию. Во время нэпа Кремль считал своей основной задачей стимуляцию государственного и частного капитализма с целью индустриализации страны и терпимое отношение к частному земледелию и частной торговле в розницу постольку, поскольку они не представляли собой политической угрозы режиму.