- Очень красивый палантин, - заметила Кэсси, дотянувшись до палантина Гвен и пропуская сквозь пальцы серую шелковую ткань, - у меня есть такой же, только золотистый, - она помолчала, - Кайден вырос в приюте, поэтому сейчас отрывается за все годы вынужденной нужды и балует близких, не зная меры. Не отказывай ему в этой малости.
- Я… , - начала Гвен смущенно, но Кэсси подняла руку, останавливая ее:
- Мой жених, Лайт Хеджи, пропал без вести четыре года назад. Как у нас в обществе относятся к родившим вне брака женщинам, ты и сама знаешь, поэтому выбора у Кайдена не было: они с Лайтом были очень близки, - она помолчала, потом тихо договорила, - Кайден уверен, что Лайт вернется. И я его тоже жду.
Посреди ночи постель рядом с Гвен промялась, и девушка моментально проснулась:
- Кто здесь?
- Хорошая моя, ты ждешь еще кого-то? – мягко поинтересовалась тьма голосом Кайдена.
- Н-нет, - заикаясь, призналась Гвен, отодвигаясь от края, чтобы Кайдену было удобнее, - н-никого.
- Ну и спи тогда, - рассудительно посоветовала тьма, - сейчас настолько рано, что еще даже поздно.
- А…
- И я посплю.
Утром она проснулась от сигнала чужого будильника: не самое приятное пробуждение утром выходного дня – и увидела, как обувается Кайден.
- Надо полагать, - съехидничала Гвен, решив, что две ночи в одной постели и безумно дорогой палантин дают ей право перейти на «ты», - ты теперь планируешь все выходные так ночевать?
Он пожал плечами, делая к постели шаг:
- На придверном коврике у Кэсси слишком холодно и жестко, а тут – еще и десерт вкусный, - наклонился и глубоко, с явным удовольствием, ее поцеловал, снова бесцеремонно забираясь руками под футболку и мягко поглаживая освобожденную от бюстгальтера на ночь грудь. Удивляясь сама себе, Гвен с восторгом выгнулась, стремясь прижаться посильнее к ласковым ладоням и запуская пальцы в шоколадные пряди. Поцелуй стал более жадным, а одна ладонь Кайдена отправилась в провокационный путь по ее животу и легко проникла под шелковистую преграду. Гвен в испуге замерла, и Кайден моментально отстранился, - я бы к тебе и под одеялко залез, хорошая моя, - спокойно признался в очевидном, с явной неохотой убирая руки, - но с этим пока придется повременить.
- Защиту уже изобрели, - огрызнулась Гвен, отворачиваясь, чтобы продолжить спать, и Кайден замер возле окна. А потом медленно развернулся к девушке:
- Моя хорошая, сама-то поняла хоть, что сказала?
Благоразумие тут же подняло голову:
- Не уверена, - призналась Гвен шепотом, - не думаю. Забудь.
Он кивнул и легко перемахнул через ее подоконник, чтобы исчезнуть в неизвестном направлении. А в следующий миг на его место вскочил огромный рыжий феликатис и, громко мурча, забрался в постель к Гвендолин. Ему залезть под одеялко не мешало ничто.
Следующую неделю Гвен практически не видела Кайдена: мистер Бретт начал подготовку предвыборной кампании, да еще и Джессика собралась поступать в университет в соседнем регионе, и у Кайдена с Гвен здорово прибавилось работы. Поэтому уже к четвергу девушка с удивлением поняла, что очень сильно соскучилась по ясным зеленым глазам начальника службы внешней охраны, и домой шла в крайне подавленном состоянии. Очень расстроенная, она даже ужинать не смогла: сразу легла спать. Чтобы ночью проснуться весьма неожиданным способом:
- Хорошая моя, пусти под одеялко погреться: на улице дубак и ливень.
Гвендолин распахнула глаза и повернулась к Кайдену лицом. Начальник службы внешней охраны Адама Бретта стоял над ней на коленях и довольно ухмылялся:
- Я и защиту захватил.
- Как ты меня нашел? – прошептала она изумленно, и ее изумление было совершенно обоснованным: сейчас они были в ее съемной квартирке в Акроне, и свой нынешний адрес она на работе не оставляла, его даже тетя не знала. Кайден хулигански ухмыльнулся, подбираясь к ней ближе:
- Моя хорошая, я же все-таки не зря свою зарплату получаю. Пустишь?
- А, - она сглотнула, не представляя, что должна на это отвечать, но ответ ему и не потребовался: Кайден склонился ниже, заслоняя собой весь мир, и накрыл губы Гвен своими, в то время, как жадные руки бесцеремонно заскользили по нежной коже вниз, гоня во все стороны мурашки пополам с возбуждением. А следом за руками в этот же путь отправились и губы Кайдена, заставляя Гвен стонать и выгибаться.