- Родители догадались назвать меня Старром, - огорошил Лайт, - поэтому все остальные зовут Лайтом. Можешь выбрать любое из этих имен, а можешь свою версию изобрести – возражать не буду, - он остановился перед вывеской с международным знаком аптеки, - кроме регенерирующего крема и пластырей надо что-нибудь? Средства гигиены, например?
- Прокладки, - залившись стыдом, призналась Сандра, - три капельки. Две пачки.
- Хорошо, стой в предбаннике, жди меня, - велел Лайт, - можешь пока придумать нам имена для документов, чтобы не скучать.
- Хочу быть Самантой, - сообщила Сандра, когда он вышел с пакетом в руках, - Самантой Браун. А ты будешь Джеком Джонсоном!
- Не прокатит, - забраковал Лайт ее идею, - фамилия должна быть общей. А кем мы друг другу будем: братом с сестрой или супругами – решим позже.
- То есть, ты согласишься быть моим братом? – восхитилась девушка. Мужчина пожал плечами, сворачивая во двор:
- Просто в этом случае в нашей семье будет царить инцест, радость моя, - он потянул на себя дверь парадной и кратко проинструктировал, - действуем по той же схеме: говорю я, ты молчишь и подчиняешься. Предупреждаю сразу: лапать буду. Это очень удобная причина свалить на кухню или в душ.
- А по-моему, ты от процесса кайф ловишь, - огрызнулась Сандра и споткнулась на ровном месте, услышав в ответ спокойное:
- Не без этого, радость моя, не без этого.
В этот раз наркотический кумар действительно переносился легче и действовал слабее, но неловкости это только добавляло: свалить реакцию своего тела на поцелуи Старра и его смелые прикосновения на действие наркотиков девушка не могла. Как не могла не признать, что отвечала ему полностью по своей воле и с огромным удовольствием.
- Интересно, - утром следующего дня размышляла себе под нос свежеотмытая, выстиранная и высушенная, тщательно намазанная регенерирующим кремом на всех показавшихся ее спутнику подозрительными участках кожи, Сандра, идя следом за Лайтом на вокзал, - сколько таких ночевок я должна пережить, чтобы возникла зависимость? В школе нам рассказывали, что достаточно одного раза. Получается, я – наркоманка со стажем? А ты вообще дурь себе в вену колол – тебе уже ничего не поможет. Только ты не похож на нарика.
- Сандра! – не выдержал вдруг Лайт, - заткнись, пожалуйста! Ты отвлекаешь!
- И ничего я не отвлекаю, - обиделась девушка, - просто не слушай!
Внезапно Лайт стремительно развернулся, схватил Сандру за плечи и с размаху притиснул к ближайшей стене своим телом. А после прошипел в ее испуганное личико:
- Я хочу тебя так, что в глазах темно от одного твоего присутствия, а ты еще масла в огонь подливаешь, неся себе под нос какую-то ахинею этим своим нежным голоском, - его руки в это время зарылись в ее волосы, фиксируя голову, - поэтому, если не хочешь, чтобы наш первый раз состоялся прямо в этой подворотне – заткнись!
Она непроизвольно облизнулась от страха, и Лайт сорвался. С жадностью набросился на сладкие губы своей пленницы и скользнул внутрь языком: по-хозяйски обследовал внутреннюю поверхность ее губ и щек, а потом начал буквально трахать языком рот. Сандра дернулась освободиться, поэтому он усилил напор, чтобы она гарантированно поплыла, и вскоре девушка застонала в поцелуй от смеси удовольствия и смущения.
- В следующий раз, - холодно предупредил Лайт, поправляя на ней смятую под его напором одежду, - я доведу дело до конца, радость моя. Так что лучше заткнись, - по ее судорожным кивкам и блестящим от непролитых слез глазам понял, что переборщил с угрозами, поэтому с нежностью погладил припухшие от его алчности губы, осторожно обнимая девушку за плечи, - для особо внимательных повторяю еще раз: рисовать нам документы я буду на одну фамилию, и спать где-то еще, кроме моей постели, шансов у тебя маловато. Просто хочу сделать это по взаимному согласию, не торопясь, и в приятной обстановке. Поэтому берем себя в руки, вытираем слезки и идем за мной на вокзал. И все это делаем молча, потому, что голос у тебя такой же красивый, как и все остальное. Договорились?
- А может, я не хочу?! – с вызовом бросила Сандра, непроизвольно облизывая ноющие губы. Лайт насмешливо фыркнул:
- Как ты не хочешь, ты только что убедительно продемонстрировала, радость моя. Но придется потерпеть, пока мы не будем в безопасности, - он ласково взъерошил ее волосы и закончил, - и придумай себе имя посимпатичнее: мне не улыбается трахать Сэма.