Ну как не взять вполголоса
Того, что
Так издалёка чаялось в душе
И год и два?
И вот
Легко и просто
Само взялось
И вылилось уже.
И вот
Плывет,
У глаз перетекая
За край земли,
За темный окоем…
А за глазами — явственность такая,
Такая даль,
Какую белым днем
Не высветить с высокого порога,
Не перелить в протяжные слова.
Бежит,
Бежит
Полночная дорога,
Как чья-то вековечная вдова.
Бежит,
Бежит
На чей-то зов далекий
В тревожной, переимчивой тиши
На самом том извечном перетоке
Земли и неба,
Мысли и души.
Бежит
От поворота к повороту —
В чужую ли, в родную сторону.
Поди узнай:
С войны ли ждет кого-то,
Кого-то провожает на войну?
Не на войну,
Так, стало быть, в остроги
Сибирские,
В рудничную грозу…
Уж не на той ли на крутой дороге
Нашли окаменевшую слезу?
2
Нашли.
И понахлынуло народу —
Неможно сколько,
Описать нельзя.
— А ведь и правда — каменная вроде.
— А ведь и верно — горькая слеза.
— Слеза, ну точно!
В натуральном виде,
Как то ядро старинного литья.
— Но это так, на глаз,
А по наитью
Со всех сторон великая…
А чья?
С какой щеки,
С какой такой печали
Скатилась —
Не вмещается в слова?
Молчал народ.
Поля вокруг молчали,
Степные омывая острова.
Молчал весь мир.
Лишь где-то на опушке
Пичужка сердобольная одна
Не утерпела —
Кинулась к кукушке:
«Слезу нашли!
А чья, а чья она —
Не говорят».
А та — лесному эху,
А эхо — ах, минута дорога —
К Магнит-горе.
А там,
А там
С разбегу
В один прыжок —
оленю на рога!
И —
По тайге,
По займищам,
По скалам —
К волне морской:
«Слезу-у нашли!..»
А та
Приподнялась:
«А долго ли искали?» —
И, вся собой до гребня занята,
Пошла на скалы,
Скалы обтекая,
Перегибая изумрудный стан: —
«Нашла, что славить, бестолочь такая,
Их у меня вон целый океан,
Жемчужных слез!»
И с камня-великана
Швырнула эху чудо-жемчуга.
А эху что?
Как звезды на кукане,
Те жемчуга —
оленю на рога
И —
Верть назад!..
Лишь где-то за Уралом,
А может, где у волжских берегов
Хватилось вдруг —
А их как не бывало,
Хваленых тех,
Дареных жемчугов.
И тише,
Тише…
Мимо той кукушки,
В кукушкин лен,
В пчелиный перегуд.
И ни гугу.
Лишь ушки на макушке —
Лежит и ждет:
Куда еще пошлют?
А там,
А там…
На дальнем небосклоне
Пичужка та — святая простота —
И раз,
И два
Спросила колокольню.
И та молчит, как нет на ней креста.
Молчит — и все.
Насмелилась пичужка
И — в божий храм: спросила образа.
И те молчат.
3
Тогда одна старушка
И говорит:
— Чего уж тут. Слеза
И есть слеза.
Бывало, наши баре
Из нас ее — с руки ли, не с руки —
Уж чем ни чем, лютуя, вышибали,
Уж чем ни чем.
А плакать не моги,
Кричи в себя,
Держи ее, слезу-то
Запретную,
И не пускай за край.
Не то тебя
Раздетой и разутой
За ту слезу отволокут в сарай.
Запрут тебя
И в том глухом сарае
Как позабудут — крошки не дадут.
А не забудут —
В карты проиграют,
Не проиграют —
Сходно продадут,
Не продадут —
Оглаской колокольной
Повяжут у святого алтаря
С таким же битым,
Смолоду прикольным.
И все твое приданое — твоя
Горюч-слеза,
Да страх твой перед богом,
Да горький цвет безрадостной красы…