И вот
В одну такую
Иду я, значит, с Нюркою своей.
Иду.
Молчу.
А он… а он ликует!
А он, смутьян смутьяныч соловей,
Дает дрозда!
«Цок-цок!..» — и с перецоком
Гремит в саду
Ручейно,
Впереток.
И — вот же дьявол! —
Током,
Певчим током
Через прохладный Нюркин локоток
Мне в душу бьет —
Знобит, как в половодье,
И жаром жгет,
Как в летнюю страду:
«Жить-жить!..» — зовет
И прямо так наводит
На яблочко,
Которое в саду.
«Жить-жить!.. Жить-жить!..»
И я — где чуть левее,
Где чуть правее —
Азимут держу,
Но чую,
Чую,
Чую — соловею
И, двор минуя, точно подвожу
Под яблочко
И колебаю Нюрку:
Давай, мол, это самое
Одно
Испробуем.
А Нюрка мне с прищуркой
И говорит:
«Уж больно зелено».
«Да нет же, что ты, милая ромашка», —
Шепчу я ей.
Оно, мол, в самый раз.
А та ромашка
Руку из кармашка
Да ка-ак ожварит —
Зяблики из глаз!
И снегири.
А там уж растуманы,
А там уж, брат, погуще, чем тайга,
Разрыв-трава!
Не выкосить баяном
И всем колхозом не сметать в стога —
Во был удар!
Я в голос:
«Анна! Анна!..»
Но никакого отзыва — стена
И год,
И два…
И лишь когда с Хасана
Пришел с медалью,
Тут уж,
Тут она
Дала волну —
Прихлынула, как речка,
И так вот гладит ласковой рукой
Медаль мою:
«Ах если б мне колечко,
Степан Василич, ясности такой…»
А я чего?
А я — раз я военный —
Кидаю руку
Под углом к плечу:
«Есть, — заверяю, — Анна Алексевна.
Колечко — что,
Я жернов прикачу!»
И прикатил —
Таким я был атлётом,
Таким подъемным —
Что мне сто пудов!
А к соловью четвертого прилета
Заслал, как полагается, сватов,
И — пир горой
На той,
На красной горке:
Стаканы там и рюмочки в ходу.
Гуляй, народ!
И:
«Горько!»
«Горько!»
«Горько!..»
А яблок этих… яблок в том году,
А меду бы-ы-ыло…
Больше, чем должно быть, —
И наш семейный улей загудел,
В детву пошел!
Так что учти мой опыт.
Ах, ты еще бороться захотел?
Ну что ж, давай!
3
И два таких веселых
Сошлись чуб в чуб —
Где сад?
Где огород? —
И закачалось солнце, как подсолнух.
И весь,
как с горки,
радостный народ:
Чья, чья возьмет?!
Горласт и распоясан —
Пурга косынок,
юбок
и штанов…
Покос, он — что?
Покос, он тем и красен,
Что никаких не признает чинов.
Покос — артель!
Покос — такая воля,
Такой задор:
Отстал, так подтянись!
А чин?
Что чин!
С райзо ли ты,
С райфо ли —
Бросай портфель
И рядом становись:
Являй собой, какой ты без портфеля
Начальник есть,
Сбивай излишний вес!
А там, глядишь,
Одна такая фея
К тебе проявит встречный интерес —
Пройдет вот так,
Взглянет, как усмехнется,
Как настоит на чем-то на своем,
И где-то в мыслях
Веточка качнется
С тем яблочком, что рядом с соловьем.
И ты уже как вовсе не осенний,
А самый развесенний,
Молодой…
Покос — не просто заготовка сена
В расчете там
На мясо,
На удой.
Покос — размах,
Напор до перекура,
А в перекур —
Шутник и балагур —
Он боком восседает к перехмуру,
Как Стенька Разин:
К черту — перехмур,
А то и к бабам —
К Нюркам там, к Полинам —
На выучку,
Чтоб знал — не забывал:
Уж как она ни высока, перина,
А все ж — по их расчетам —
Сеновал
Повыше будет для дружка мило́го,
Для ро́дного
Под крышей наискос…