Дорога разделилась на несколько десятков полос, уползая вверх и вниз, ветвясь в разные стороны и расходясь у подножья гор. Энкер направился через тоннель, проходивший через одну из пяти вершин. Тьма, скорость. Холодный ветер вокруг транспорта сменился ярким тёплым светом. Мелькнули последние сигнальные вспышки тоннеля и, в механическо-живом потоке, Хранитель вынырнул из полумрака.
Бескрайне огромный, унылый город. Забитый столь высокими зданиями, что за их шпилями терялось небо. Транспортные пути расходились с пешими, огибая зелёные аллеи и проносясь под навесными садами.
Энкер проехал через мост, затем иной, третий. Низины столицы напоминали ему лабиринт из транспорта и смешанных бесконечным потоком тел. Вершины города – всё та же мешанина, лишь из металлических вершин и поднебесных садов.
Остановившись, Хранитель покинул транспорт и посмотрел наверх. Он оглядывал сердце города, его центр, крупнейшее строение галактики: Великую башню, цитадель Основателя. Каждый раз, смотря на громадину, уходившую на тысячу цсим к небесам, Энкер прокручивал в голове нелепые истории, которые о ней ходили в народе.
– Бред же, – в очередной раз усмехнулся он. – Ацуфим Основатель только заложил основы столицы. Башню создали при его сыне. Какой тупой бред.
И даже так, даже его поражала конструкция, которая, казалось бы, просто не должна существовать. На трёх уровнях к ней через весь город тянулись мосты, упиравшиеся в башню с четырёх сторон. Каждый из них уходил другим концом в одну из гор, окружавших столицу. Словно опоры, которые можно сбить, которые покосили бы несметную цитадель и саму Империю, сделай так кто-то. И он мог бы, достаточно захотеть, достаточно сжать рукоять и сдвинуть скалы вокруг. Пусть их и не видно, пусть миллионы зданий заслоняют собой те стены. Стоит Хранителю захотеть, и весь этот мир рухнет.
– Господин Энкер, – резкий писк переводчика вырвал Хранителя из мыслей.
– Ну и ну, кого ко мне отправили! – воскликнул он, мельком взглянув на подходивших стражей.
Четыре семиолоида в бело-золотистых доспехах двигались сквозь расступившуюся толпу. Чёрные ткани тянулись от их талий к земле, подрагивая с каждым шагом. Из-под начищенных до блеска шлемов стражники Императора поглядывали на изумлённых имперцев, уступивших дорогу членам Золотой Гвардии.
– Вы привлекли внимания больше меня, – он с усмешкой похлопал одного из пришедших по руке. – Новые доспехи, надо же. Теперь с чёрными вставками, ещё и эта кайма на шлеме. Тебя прям разукрасили. А где мой дорогой Рам?
– Его Величество послал нас для сопровождения, остальные остались во дворце, – прозвучал плавный ответ.
– Ну да, да, – Энкер чуть наклонился, заглядывая в тёмную панель на шлеме говорящего. – Сарифим, это же ты?
– Вы правы, господин.
– По тебе я не скучал. А вот Рам, – он сжал механические пальцы. – Интересно, что с ним сейчас.
– Прошу проследовать с нами. Его Величество ожидает.
– Зачем вы мне? – Энкер отмахнулся и после взглянул на толпу. – Хотя, понятно. Вот что он думает. Ну и пускай, веди.
Могучие стражники обступили Хранителя, проследовав с ним к роскошному транспорту. Им вслед бросали короткие, редкие слова, такие же нелепые, как слухи о громадной башне:
– Палач прибыл в столицу, значит с мятежом покончено?
– Это всё был заговор, точно заговор.
– Против Императора? Я слышал убили двух сениацев, это не шутки.
– Так изменники, не знал? Палач больше года их выискивал возле дуги, они же все Сашфириш помогали.
– Так вот куда те деньги ушли! Ублюдки, воры.
– Тише, тише. Ещё нас к ним припишут.
– А Рагтим то что?
– Правят себе, им какое дело до этой мелочи?
– Мерзость, – просипел Хранитель, подходя к транспорту.
Один из гвардейцев вопрошающе повернул к нему голову, чуть наклонив пикшет.
– Не стоит, – добавил Энкер. – Оставь этих идиотов. Пускай разносят слухи. Всё так, мы просто убрали изменников.
Он сел в продолговатый эйвим, вздохнул. Закрылась острая дверь. Тёплый ветер столицы сменился ароматом тёмных кожаных сидений и вскоре, оставив позади бесконечные сплетения городских зданий, Энкер вновь увидел заснеженный мир. Он мчался от Кеинметса к Первому Хребту. Там, над гигантскими белыми пиками парил дворец семьи Ниривин.