Непонятное чувство будоражило меня, стоило переступить порог ресторана. Я не мог разгадать его природу и меня это раздражало.
– Что мне сделать, чтобы убедить тебя отказаться от этой затеи? – ворвался в мои мысли голос старика.
Я встретился с ним взглядом и, не скрывая жесткость, ответил:
– Для начала – перестаньте давить на меня. Я уже не тот мальчик, который попал под вашу опеку. Мне жаль, что вы еще не поняли этого!
Он замолчал, изучая меня. Потом вздохнул и пробарабанил кончиками пальца по столу, накрытому белой скатертью.
Я скосил взгляд на это движение и снова поднял к его лицу.
– Не делай этого, мальчик мой, – предостерег меня старик. – Не стоит переступать эту черту.
Я понял, что действительно позволил себе непростительный упрек, но сожаление так и не посетило меня. Он заслужил подобного тона и слов. Ведь прекрасно понимал, что я для него – всего лишь оружие, которое он использует для выгоды своей семьи. Настоящей.
Краем глаза, я заметил, как к нашему столику спешила официантка, и почувствовал облегчение от минутной задержки продолжения этого разговора. Нужно привести мысли в порядок, а то сегодня они как встревоженный пчелиный рой внутри меня…
– Еще рома, брат мой? – устрашающе-знакомым голосом произнесла подошедшая девушка.
Я вздрогнул и резко вскинул голову, глядя на…
Зоя Солер?!
На меня с улыбкой смотрела та, которую я собственноручно застрелил два месяца назад.
В шоке я отклонился к спинке стула так резко, что тот отъехал от стола. Моя мертвая сестра, облаченная в униформу обслуживающего персонала ресторана «Рэй», уверенно смотрела на меня блестящими зелеными глазами и была далека до эфемерной призрачности.
– Убедить тебя в своей реальности, братец? – самодовольно предложила она.
Схватив вилку, Солер размахнулась и вонзила ее зубцы в мое плечо.
Я вскочил, ощущая острую боль, а она, отпрянув, продолжала победно смотреть на наши пораженные лица.
Машинально схватившись за столовый предмет, пронзивший мою плоть, я выдернул его.
Да, она действительно застала меня врасплох.
Взбудораженное сознание притупляло даже боль от глубокой, извергающей кровь, раны.
– Ну что же вы, ваше высочество? Разве не намереваетесь помочь своему внуку? – мстительно спрашивала мерзавка старика, который схватившись за сердце, переводил взгляд с меня на нее и обратно.
Первым пришел в себя я и устремился в ее сторону:
– Какого черта?!..
Но она не двинулась, пронзая меня взглядом. И через секунду я понял, почему.
За спиной Зои быстро поднялись на ноги те посетители, которые оказались ее вооруженной защитой в компании официантов деда. Их около десяти человек и все направляли оружие в нашу сторону.
Подняв руки, я замер, ощущая, как кровь пропитывала рукав моего пиджака.
– Поговорим? – спросила она, и я перевел на нее взгляд. – Присаживайся, брат, у тебя сегодня будет очень много сюрпризов. Но ни одного приятного. К счастью.
Я посмотрел на деда, который судорожно сжимал трость и окинул взглядом всех присутствующих. Он поражен ни меньше меня, значит, о его возможном предательстве думать не стоит.
Пытаясь разгадать этот замысел, я вернулся к своему стулу и сел на него.
Я еще не проиграл.
Это всего лишь бой, исход войны не предугадан.
Глава 55
Триумф презрения
Глядя на своего ненавистного и сумасшедшего брата, я не чувствовала ни капли сожаления и жалости. Я смотрела на человека, который уже превратился в мерзкое олицетворение неистового зла.
Внутри меня бурлил океан адреналина. Я так давно ждала этого момента, что теперь, будто в запретной и мрачной эйфории, пыталась не оплошать и доиграть эту роль. Я хотела лишь одного, чтобы этот кошмар закончился быстро и стремительно, подобно пуле из револьвера, которым он пытался меня убить.
Я села за их столик, ощущая за спиной присутствие своих надежных защитников. Передо мной сидели двое мужчин, очень похожих друг на друга. Один – молодой и жестокий убийца, а другой – седовласый испанец, который поселил в глубинах разума внука семя зла и поливал его на протяжении жизни, калеча и ломая в нем добродетель.
– Итак, – начала я, мимолетно глянув на кровоточащую рану на руке брата. – Для начала, я хочу показать вам одну книгу.
Я сняла черный передник, и вынула из его кармана тот самый экземпляр литературы, который перешел мне в наследство. Моя рука слегка дрожала, когда я оставляла его на столе.
– Эта книга нашего отца, Сезар, – делая акцент, пояснила я, отшвыривая фартук в сторону. – Рамона Солера, которого вы убили, ваше величество.