Языки пламени злятся с каждым разом поднимаясь все выше и выше. И в ходе этой маленькой битвы так бы они не старались их ждёт проигрыш.
Всполохи погружают комнату в мягкий-янтарный, почти красный, то наслаиваются на пол и стены все ближе и ближе приближаясь к ногам, то отступают будто бы, обжигаясь, чувствуют прикосновение, холодных до дрожи пугающих, пальцев пола и остаются на небольшом светлом пушистом ковре, когда на него наступаешь появляется такое чувство, словно прошёл по яркой летней траве.
Воздух пропитан мягким приятным немного горьковатым ароматом корицы, легко касающимся всего, оставляя невесомый след.
Он наклоняется к ней и легко, почти невесомо целует. Серебрянка даже не удивляется. Жизнь настолько странная и непредсказуемая, переменчивая, также, как и он может быстро перевернуть всё с ног на голову.
С его появлением всё стало совсем по другому она уже давно поняла, что привязалась к нему настолько сильно, что боится потерять. Давно с ней такого не происходило. Ещё много лет назад она дала себе обещание не привязываться ни к кому потому что очень больно терять. Душа будто рвётся на части, покрывается кровоточащими ранами. Они заживают, но шрамы остаются на всю жизнь. Тебя будто разрывает на кусочки ты, как зеркало разбиваешься на сотни осколков, а потом находишь в себе силы или кто-то помогает и собираешь себя по кусочкам вновь. А потом тебе страшно к кому-либо привязываться потому что больше не хочешь чувствовать эту боль, эту поглощающую пустоту.
Он путается пальцами в мягких серебристых волнах её волос.
Раздаётся оглушительный звон телефона.
Момент рассыпается в пыль, превращается в пепел, а затем вылетает в приоткрытое окно подгоняемый ветром, безвозвратно теряясь в темноте улицы, растворяясь в шорохах ночного города. В воздухе так и потрескивают волны повисшего напряжения.
Случилось что-то плохое что-то щелкает в мозгу и именно эта фраза замирает. Тревога разливается по телу охватывает с головы до кончиков пальцев, заставляя переживать и боятся. В горле застревает противный ком.
Случилось что-то плохое.
Он понимает это по страху, промелькнувшему в его зелёных глазах. Движения перестали быть плавными, до боли привычное ей спокойствие куда-то улетучилось.
-Пестрянка попала в больницу. — этих слов достаточно чтобы вызвать шок, достаточно для того чтобы кожу покрыли мелкие мурашки, а по телу прошла лёгкая дрожь. Слова эхом отдаются в замкнутом пространстве, гулко отлетая от стен. Буквы не сразу складываются в слова, а слова в фразу до дрожи пугающую. Наконец она слышит, но смысл не сразу доходит до её шокированного мозга.
** * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * **
Горький запах различных лекарств. Пропитанный волнением и волнами напряжения воздух. Безумно чистые так и искрящиеся чистотой полы, безжизненно белые стены, сдавливающие пространство. Куча разноцветных бутылочек, тюбиков и крошечный таблеток в, которых она совершенно не разбирается на небольшой деревянной тумбочки.
Волны каштановых волос собранные в некогда по видимому аккуратный хвост выглядели так: большая часть локонов выбилась из причёски и разметались по подушке, остальная часть все-таки осталась собранной резинкой или упала на лицо.
После аварии волосы были спутанными, а местами даже грязными. Её глаза были закрыты и казалось, что она спит, лицо было спокойным и умиротворенным. На губах играла ненавязчивая, искренняя улыбка. Ей снилось что-то хорошее так очень хотелось думать Серебрянки. На бледных ладонях и запястьях особо контрастно выделялись алые полосы-царапины и красноватые синяки после сильного удара о колючую поверхность чёрного асфальта.
10 глава.
Просыпается от тянущей, сильной боли в спине из-за неудобной позы в кресле. Разминает затекшие конечности и чувствует, как ей становиться лучше.
Белые стены кажутся серыми из-за громостих ярко-зеленых, словно летняя зелень штор, закрывающих прекрасное рассветное солнце не сравнимое по красоте своей ни с чем.