Серебрянка делает шажок, подошва лёгких до невозможности удобных балеток соприкасается с кафелем и слышится протяжный стук, разрезающий звенящую тишину. Она опасливо оглядывается, непонятно из-за чего сердце бешено колотится.
От стен отлетает и рассыпается крохотными крупицами по полу гулкое эхо. Девушка старается переставлять ноги, как можно тише, вспоминает уроки танцев, детские воспоминания заключают душу в свои тёплые, нежные такие цепкие объятия.
Подходит к автомату, достаёт ржавую монетку, долго вертит её в руках как будто, запоминая каждый кусочек, и закидывает в автомат. Тонкими бледными пальцами пробегается по серебристым кнопочкам. Слышится тихий «пышь».
Забирает пластиковые стаканчики, с обжигающим пальцы ароматным напитком. Невесомо слишком легко улыбается своему отражению в панели автомата и идёт назад.
Передаёт один из стаканчиков своему спутнику.
-Так непривычно, когда здесь так тихо без всей извечной суеты. — её голос повисает в воздухе.
Смотрит в его глубокие ярко-зелёные глаза полные грусти и печали. Крепко-крепко насколько это в её силах обнимает его и невесомо, стараясь унять дрожь в голосе, шепчет:"Всё будет хорошо. Я что-нибудь придумаю. Это в моих силах.»
Секунда и в его глазах загорается надежда, которая в, то же мгновение сменяется холодным, леденящим душу спокойствием. Сначала она пугается, а потом всё понимает мимо проходит врач и из-за этого Черногрив прячет свои чувства.
-Всё будет хорошо. А пока пошли прогуляемся. Тебе надо развеяться. — с непонятно откуда, появившейся силой в голосе, произносит она.
** * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Бледно-голубой холст неба, плавно переходящий в серый. Безлюдные будто покинутые улицы непривычно пусты. Холодный пронизывающий до костей ветер. Гнетущая тишина, не слышно, даже обычного такого тихого успокаивающего, щебета птиц.
Обычно прогулки успокаивают, но сейчас лишь только усиливают беспокойство.
-Слушай, Серебрянка, я пойду у меня ещё дела. — его голос разрезает тишину.
Она отвечает кивком сдержанным кивком.
«Дела, как же. Каг будто я не знаю куда ты сейчас пойдёшь. И почему ты мне врешь?» — проносится мысль у неё в голове.
«Эта идея была провальной. Нужно срочно что-то придумать.»
Ещё даже не успевает подумать, как до боли привычным жестом скидывает с плеч лёгкую курточку.
" Самое лучшее в данной ситуации это успокоиться."
Её движения рваные и неуверенные, тело не хочет слушаться. Мысли путаются. Грусть и уныние охватывают от кончиков пальцев до макушки.
Небосвод заволакивают тучи и начинается дождь.
Обдумывает всё, что произошло. Оступается и падает, несколько секунд лежит в луже, затем собирает все оставшиеся силы.
Сначала опирается на локти, а потом встаёт.
«Я смогу. Я должна что-то сделать.» — беглая мысль придаёт некую уверенность, призрачную, зыбкую, словно тонкий слой льда в апреле надежду.
Движения становятся плавными, лёгкими, мягкими. Повторяет заученные за много лет занятий, отточенные движения.
Дождь усиливается, лёгкое белое платье мокнет, облепляя тело, невесомые балетки заполняются водой, асфальт вымокает, становясь скольким. Лужи буквально повсюду ей стоит большого труда сделать очередной поворот и не упасть.
На нос приземляется капля, чихнув быстро смахивает её рукой. И падает на очередном прыжке, приземлившись в лужу. Ногу пронзает острая боль из разодранной руки стекают алые капли, смешиваясь с дождевой водой. Волосы ещё больше мокнут и тяжелеют обромляя лицо, шею и плечи.
Уже с большей уверенностью чем в прошлый раз встаёт и продолжает, совершенно не обращая внимания на редких прохожих, смотрящих на неё, как на сумасшедшую.
Финальное движение и она садится на, украшенную витиеватыми узорами, угольно-черную лавочку. Поднимает свою насквозь мокрую куртку и одевает на продрогшее покрытое мурашками тело. Устало прикрывает глаза ей уже всё равно на дождь, на промокшую до нитки одежду главное что-то придумать.
Кто-то легонько толкает её в плечо.
-Девушка. Девушка, с вами все в порядке? У вас что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает знакомый ей голос.
Открывает глаза и видит Вербу.
О Великое Звёздное Племя как она по ней скучала. Невольно пристально её рассматривает. Длинные белые, словно снег волосы наставницы собраны в привычную аккуратную косу. Её лицо обрамляют несколько угольно-черных прядей. Тёплые карие, как карамель глаза, наполнены плещущимся в них беспокойством. Одета она в свою излюбленную свободную футболку и легинсы, а на ногах неизменные кроссовки, наверное идёт домой после тренировки.