— Собака лает-лает, а не кусает. — говорю я, вытягивая губы и кладя на них указательный пальчик. — Свон, зайка, не играй с нами, если не знаешь правил.
Свон редкостная дрянь. В ее голове кроме распродаж, новых коллекций и элитных парней — ничего нет. Эта девушка пытается казаться той, кем не является, замахиваясь на слишком высокие ступени в школьной иерархии.
И Салли поистине занимает высшую ступень, когда нас нет рядом, но все меняется, когда в игру вступаем мы. Кира и я — Александрина Герован.
— Дорогуша, вытри сопельки, а то испортишь мои туфли. — говорит рыжеволосая, щёлкая пальчиком у носа Салли, которая готова взорваться от возмущения и безысходности. — А что ты хотела, запретив нам приходить на вечеринку? Видишь, не для всех твои слова - закон, Свон. Запомни это как молитву и повторяй на ночь, чтоб не забыть.
Кира надула свои накрашенные губки и провела указательным пальцем по своей щеке, показывая воображаемые слезы нашей общей подруги. Шатенка лишь натянуто улыбнулась и развернулась, чтобы кошачьей походкой сразить нас наповал.
— Шипите сколько влезет, дуры. Это ещё не конец. — выплёвывает девушка свой яд и прячется за движущимися телами.
Господи, если я хоть каплю похожа на эту девушку, то сразу закопайте меня. Эти детские игры с участием Салли сводят меня с ума. Нам всем по семнадцать-восемнадцать лет, а мы как дети на песочнице выясняем — чьи это игрушки и кто тут главный. Это как игра в «Winx». Кто будет играть за рыжеволосую девушку — Блум? А кто будет Техной со своим дурацким превращением? Кто будет главной в этой игре, а кто самым ненужным второстепенным персонажем?
Закатив глаза, я спустилась со ступенек и чуть размяла плечи.
— Ты пропустишь дальнейшее шоу? — Кира кивает на дом за своей спиной, наполненный подростками. — Ты же это не серьезно?
Я снова смотрю на дом. Идеальное белое сооружение, украшенное разными светящимися гирляндами, разукрашенными плакатами и цветными шариками. Это все слишком отталкивает.
Ставить Свон на своё законное место — я люблю, но опускаться до ее уровня — не намерена.
— Нет, подруга. А ради чего мы устроили спектакль? Давай ещё поиздеваемся над принцессой голубых кровей.
Так мы прозвали Свон из-за ее богатых родителей, готовых девушке преподнести на блюдце все, что стоит денег. К сожалению, мозги ещё не продаются.
— Я верю в тебя, подруга. — машу рукой на прощанье и ухожу, чувствуя на себе прожигающей взгляд своей рыжеволосой подруги.
Улыбнувшись, я подошла к воде и присела на корточки, чувствуя, как в туфли забивается мягкий песочек. Водная гладь удивляла своим приятным синеватым оттенком. Редко можно увидеть такую красоту. Солнце уже исчезало и от одного края к другому шла почти ровная красная полосочка. В такие моменты хочется размышлять и анализировать свою жизнь, пытаясь что-то исправить или изменить. За спиной снова был слышен гул подростков и резко заигравший новый трек Nicki Minaj.
Моя жизнь не кажется раем: моя мама умерла, когда я с трудом начала осознавать все происходящее, а чуть позже отец заменил ее на мою новую мачеху, свою жену, которая, дай бог, старше меня на несколько лет, а может ещё и ровесница. Мой отец директор компьютерной фирмы, а Брэнда — пиявка, высасывающая все соки из моего отца.
Свон неоднократно пыталась меня как-то задеть этим.
Поднявшись с корточек, я сняла туфли и продолжила свой путь вдоль воды. Мягкий песочек пробивался сквозь пальцы и засыпал нежной прохладой. Обернувшись, я наткнулась на одноклассников, которые начали оравой высыпать на улицу и продолжать веселиться уже под ночным небом. Где-то вдалеке даже вижу довольную Киру.
Развернувшись, я неожиданно встречаюсь нос к носу с незнакомцем, стоявшим ко мне почти вплотную. Подняв голову, я сглатываю, готовясь взорваться криком, так и норовящим выйти из моего горла.
Незнакомец намного выше меня и почти в два раза шире. Его плечи огромны, а грудная клетка так же непробиваема, как кирпичная стена. Чёрная толстовка обтягивает каждый его мускул. Капюшон, натянутый на голову, скрывает лицо, но я успеваю заметить улыбку.