— Не иначе как перед турниром вспомнилось, — пробормотал себе под нос улыбающийся Математик Боя. — Мусаси-сенсей… Я здесь и для того, чтобы спасти вас. В первую очередь для этого. Держитесь. Вы ведь там держитесь, да? И всех этих хуесосов посылаете нахуй, потому что вам не наливают. И цензурно разговариваете вы только когда пьяны…
— Все в порядке, господин шиноби? — вскинул одну бровь Набло. — Говорить с собой — опасный звоночек.
— Просто вспомнил то, зачем я здесь, — махнул рукой Сенсома. — Но спасибо за ваше беспокойство, Набло-сан.
— «Сан», да? — Набло призадумался. — До столицы Тесс нам еще неделю шагать. Может расскажете мне больше о своей культуре? И эти «сан, сама» и… «кун», по-моему. Хотелось бы узнать.
— Охотно. «Сан» означает…
Отряд шел, и все в нем были заняты. Все в нем совершенствовались и готовились к грядущим испытаниям.
И эти испытания готовились к ним.
Отборочный этап турнира Тесс
— Регистрация участников лишь в день самого турнира — какая глупость, — скривился Ооноки Обеих Чаш Весов, наблюдая за тем, как его младший напарник вместе с их проводником регистрируются в турнире.
— Вы еще молоды и полны сил, а ворчите словно старик какой, Ооноки-сан, — попеняла ему Таная — одна из двух девушек отряда.
— Если есть причина, то отчего бы и не поворчать? — поспешил оправдаться мужчина.
Таная и Дока (вторая девушка отряда) синхронно рассмеялись звонким смехом.
Команда Страны Земли была лучшим, что мог показать Континенту Цучикаге во время войны. Ооноки был самым верным последователем своего учителя и Воли Камня, а также был очень могущественным шиноби. Две девушки-болтушки-веселушки — Таная и Дока, являлись наиболее умелыми куноичи всей страны — дружные с детства, они признавались гениальными бойцами и разведчицами, что делало их дуэт самым оптимальным выбором в команду.
И Коху, конечно — сын самого Цучикаге и самый молодой Мастер тайдзюцу в Стране Земли. Ооноки часто не понимал парня — как при таком гениальном отце, он выбрал вульгарный ближний бой? Тем не менее, сам Второй Цучикаге не соглашался с учеником — для него сын был гордостью и даже предметом восхищения. Коху обладал всеми идеалами Второго — хладнокровие, терпение, интеллект и личная сила шиноби.
И именно этой силе сегодня будет дан важный экзамен.
— Мы закончили, — Коху с проводником протиснулись к Ооноки и девушкам сквозь набирающую рост толпу. — Можем пока занять места — первые поединки будут через час.
— Это здраво, — кивнул Ооноки вставая. — А то тут становится слишком шумно…
— Я в который раз тебе говорю, старик — заткнись уже наконец! — донеслось возмущенное из толпы, будто вторя словам Ооноки.
— Пошлость, в твоем случае, есть острая недостаточность интимной близости, — отвечали, меж тем, крикуну. — Но если у нормальных людей такой недостаток — их личный выбор, то в твоем случае это явная незрелость. Как физическая, так и духовная. Твой приемный отец сказал, что в ваших землях ты считаешься совершеннолетним. Но ты ведь даже и не думал заходить дальше низких подглядываний и дурацких пошлых каракуль в тетради?
— За-мол-чи!
— Я считаю…
— Да заткнитесь уже, — вклинился в разговор явно пьяный голос. — Иначе выведут нас отсюда к хренам и будут правы!
— Почему это правы?
— Потому что так Автор написал.
— Сенсома, — добавился новый, девичий, голос. — Может, успокоишь их? А то и правда шуму много.
Уже начавшие уходить шиноби замерли как вкопанные, а их проводник — Заежар, недоуменно переводил свой взгляд то на одного, то на другого. Ооноки развернулся первым, тут же пустив легкий намек на сканирование чакры в ту область, откуда слышался этот странный диалог.
И отзвук скана…
Показал, что отряд держат под плотнейшим колпаком из чакры. Неоднородной — это была дикая смесь природной энергии и необузданной мощи Биджу. И лишь один человек в мире мог обладать такой чакрой.