– Ты не можешь снова вот так заявиться и менять правила!
- О, я все могу.
- Но это не справедливо!
Смерть расхохоталась. Алекса уже начинало мутить от ее черного юмора.
- И это ты говоришь о справедливости? Ты все еще так доверчив? Ты ведь прекрасно знаешь, что справедливость это всего лишь фарс. Ближе к делу, слушай и запоминай! Я думаю, Вы станете мне надежной опорой. В Вас есть нечто, что я так долго искала. Но эти мерзкие твари, люди, забывшие что только гости в этом мире, решившие, что им позволено все, они не достойны ни одного шанса сделать что-то большее, чем совокупляться и рыгать. Но мы исправим это…
- Мы? Что ты затеяла?
- Тебе нужно знать только число и время. Остальное тебя не коснется. Либо по моим правилам, либо…..
Алекс был настолько опустошен, что готов был плюнуть ей в лицо и собственноручно разбить свою голову об этот, покрытый пятнами и плесенью кафель, лишь бы больше не подчиняться этому чудовищу. Его кулаки не разжимались весь их разговор, вены на шее вздулись и казалось он вот-вот взорвется. Даже вода не остужала пар, идущий изнутри. Но выбора не было. Его роль ясна. Он исполнитель. В его голове крутилось много вопросов и никаких ответов, но это не стоило тщетных попыток выудить из Смерти какую-либо информацию.
- Ты ждешь ответа? С каких пор у меня есть право голоса? Мне не важно, какие у тебя там планы по поводу этих людей и мира в целом. Мне нужна только она, и я пойду до конца.
- Хороший мальчик, - произнесла Смерть, похлопав его по плечу, отчего Алекс почувствовал, как его сердце пронзила дикая боль, которая исчезла вместе со Смертью, также неожиданно и предательски, давая ему понять, что он всего лишь пешка в этой игре, и его жизнь не значит совершенно ничего в этой партии.
Когда он зашел в комнату, Женя лежала на диване, укутанная в одеяло и смотрела пустым взглядом на стену. Шторы были задвинуты, но свет проникал сквозь прорезы в комнату, от чего по стенам ползли длинные и тонкие блики от проезжающих мимо машин.
- Мне нужны ответы, - тихо произнесла она, отпивая большими глотками виски из бутылки.
- Я сделаю нам кофе, произнес Алекс. Он понимал, что разговор будет не простым, и предчувствовал, что то, что он сейчас произнесет, полностью изменит ее жизнь.
Спустя пару минут они оба сидели на диване, не в силах смотреть друг на друга и ища истину в световой игре на стене напротив, потягивая кофе из своих бокалов.
- Когда Марик умерла, - Алексу было нелегко говорить. С каждым словом в его голове вставали картины из прошлого, из того прошлого, которое он тщетно пытался стереть из своей памяти литрами виски, но которое предательски возвращалось к нему в каждом сне. – Когда она умирала, я увидел, как она пришла за ней. Смерть, она повлекла ее за собой. Она не спеша приблизилась к ее телу и уводила ее прочь от меня. Я не мог допустить этого. Я видел, как она обернулась, парящая над своим телом, идущая за этой бездушной тварью в грязном переулке. - Алекс сделал глоток, еще глоток. Он не плакал, слез не было, но внутри все жгло и рвало на тысячу кусков. С каждым словом он умирал и возвращался вновь. Рассказать все это наяву оказалось еще тяжелее, чем переживать во сне. – Она была так легка и так красива. Она представляла собой ангела в этой грязной и темной ночи. И тут я протянул ей руку и схватил ее. Я действительно схватил ее!- Кружка предательски заскрипела от того, с какой силой Алекс неосознанно сжимал ее, будто от этого зависела его жизнь. – На мгновение наши руки соединились, и она улыбнулась мне. Мне показалось, что все это сон, что все еще можно исправить, что все поправимо! Я хотел увести ее, хотел всем телом поглотить ее и навсегда привязать к себе. – Алекс протянул руку вперед, будто видя что-то в пустоте. - Я пытался обнять ее и закрыть своим телом. Смерть заметила это и тоже замерла. Она наблюдала со стороны за тем, как наши руки сплелись воедино. Это было что-то невероятное! Мир будто замер, я видел только ее, слышал какие-то голоса, но не соображал ничего. – Алекс встал и прошел к стене, уткнувшись головой в каменную плитку. - Этого не могло быть, но это произошло! А затем смерть просто увела ее, просто щелкнула своими костяшками и моя жизнь прогнила навсегда... Но эта сука на этом не успокоилась. – Алекс обернулся и посмотрел куда-то в пустоту. Его глаза, казалось готовы были наполниться слезами, но он крепко сжал кулаки и со всей силы ударил ими об стену, так что кружка на стеклянном столике задрожала. В этот момент в комнате стало темно, несмотря на то, что был день, Жене казалось, что в ее глазах потемнело. Он будто на секунду ушел в темноту. Он слился с ней, покрылся горсткой пепла и снова распался на световые лучи. Он был уже не тем Алексом, которого она видела раньше. Он был не человеком, он был чем-то чудовищным и чужим, но при этом до боли родным и отчаянно красивым в своем безумии. - Она поняла, что я готов сделать все, ради того, чтобы вернуть ее, - Алекс не замечая ничего продолжал, даже не заметив, как пристально смотрит на него Женя и как ее руки трясутся, проливая остатки кофе на одеяло. – Смерть подошла ко мне, она будто пыталась что-то найти в моих глазах. Я видел как ее выражение лица менялось и как во взгляде полыхал огонь. Она предложила мне игру. Она заманила меня, очаровала, и пообещала вернуть Марика. Я ничего не соображал и понимал из всего ею сказанного только «Вернется». Мне было все равно как, мне было чертовски безразлично что мне будет это стоить! И если бы она пришла сейчас, я бы ответил тоже самое! И мне плевать, как это тяжело и мерзко, плевать, что я стал чудовищем, что я уже никогда не стану прежним, что мне придется убивать и сеять панику, плевать на все! Я согласился. Мы заключили сделку. Я должен дать ей тринадцать душ до наступления весны, и тогда она вернется ко мне.
- Но как это возможно? Как это вообще все возможно?
Алекс посмотрел на Женю. Она выглядела растерянной как первоклашка на первом уроке. Будто она не усвоила тему и пыталась теперь понять, что упустила и где ее ошибка.
- Ты видела ее вчера, - Алекс снова уставился в стену. - Все возможно. Но теперь….теперь правила сменились. Она, наверное, посчитала, что так будет интереснее наблюдать за моими мучениями. Эта тварь сменила условия. Она играет с нами, выбирает и подгадывает, она знает, что и кого может сломить, и как это использовать в своих целях. От нее можно ожидать всего, о чем ты всегда даже боялся подумать. Она играет, и она выиграет при любом исходе. Нам нужно просто подчиниться и выжидать.
- И что теперь?
- Нам нужно 37 смертей до Нового Года, девять из которых должны быть невинными детьми.
- Нам?! Женя резко побледнела и отпила глоток кофе, с опаской ожидая ответа.
- Ты разве не поняла? Ты дала согласие.
- С меня хватила и одного убийства. Я просто не смогу!
- Женя, - Алекс схватил Женю за плечи – Ты дала согласие! Ты теперь часть меня! Часть этого чертова плана, часть ее, в конце концов! Мы обязаны довести все до конца, понимаешь! Я не могу потерять ее второй раз! Я не могу! Моя жизнь без нее теряет всякий смысл! Я привязан к ней, привязан душой и телом! Я каждую ночь слышу, как она смеется, как говорит, как просит спасти и шепчет мне на ухо слова любви! Я не могу так жить! Она часть меня, часть, без которой я стал прахом! Я не уберег ее! Я должен был ее спасти! Я виноват, понимаешь? Я должен принести эти души! Мы должны! Мне жаль, что тебе пришлось….да, черт побери, мне не жаль! Мне плевать! Просто сделай это! Сделай и забудь! И мне все равно как тебе тяжело, что ты не можешь и не хочешь! Ты теперь неотделимая часть меня! И ты просто не можешь сдаться!
Женя на секунду закрыла глаза и кажется вдохнула больше воздуха, ожидая, что ответ будет конечной точкой в ее жизни.
- Я понимаю. Мы обязаны ее вернуть.