Шикамару вздрогнул. Для него слышать подобное было в новинку. Хоть его и воспитывали как шиноби, но к такому его жизнь не готовила. Да и мне, если честно, было жутко от слов этого парня, хотя я и знал, что он скажет.
— Тц… — Цокнул языком Шикамару.
— Я был создан с единственной целью, как оружие, как идеальный шиноби. Предназначение оружия – это убивать людей. Оружие, которое не убивает – не достойно существовать и всё равно, что не существует. — Глаза Шикамару расширялись с каждым его словом, и он заметно напрягался.
— Похоже ты не собираешься останавливаться, а? — Спросил он.
— Если вы не прекратите стоять у меня на пути… — На этом он спокойно сложил руки на груди демонстрируя, что ему вообще наплевать на удержание тенью и из-за его спины начал подниматься песок. — Тогда дайте мне почувствовать себя живым!
— Довольно! — Раздался голос вошедшего в палату Гая. — Оставь это для экзамена! — Песок Гаары мгновенно осыпался. Он сразу понял, что этот противник ему не по зубам и медленно побрёл из палаты, а песок затягивало обратно в его сосуд будто верёвку сматывало обратно в катушку.
— Ты… — Посмотрел он на меня, выходя. — Такой же… Они все боятся тебя, и ты никогда не станешь для них равным.
***
Хаяте вернулся ещё через день и мои тренировки продолжились, хотя, ничего нового он мне не показывал. Мы скорее просто закрепляли материал.
Извращенец тоже нарисовался, и я принялся потрошить свои заначки отдавая ему все деньги, которые хотел поставить. С его слов, он провёл все приготовления. Подарок Ино и Шикамару также пошёл в фонд будущей ставки. В конверте оказалось целых 7 тысяч Рё.
Сакура тоже подарила конверт, правда в нём были те самые колокольчики, что я бросил под ноги Какаши. Она приделала к ним ленточку с надписью…
«Это доказывает, что мы теперь команда №7».
Я примерно понял, что она хотела этим сказать, но как-то не впечатлило. Совместную фотку я не хранил в рамочке на комоде или на столе. Она у меня была где-то в конверте в шкафу спрятана, как и все мои фотки, сделанные в новой жизни. Их и было всего штук двадцать может… Да и то скорее всего меньше. Чтоб сохранить их я научился делать из бумаги конверты и складывал их в коробку от обуви в шкафу. Колокольчики, я повесил на зеркало у комода. Хрен с ними…
Для меня важнее, что человек чувствует, чем, то, как он старается это выразить. Может со стороны мне и было насрать, но это не так. Все те события достаточно сблизили меня с Саске, Сакурой и даже с похуистом Какаши. Пусть я и не хотел этого, но похоже они стали для меня новыми товарищами, и пора уже с этим смириться и жить дальше, а воспоминания из прежней жизни хоть и оставить, чтобы не потерять себя, но не предавать им решающего значения.
Так и прошёл остаток месяца и вот я уже собирал снаряжение с утра пораньше. В этот день я решил отдохнуть от полноценной зарядки и поберечь силы.
Все приготовления были завершены. Я помнил всё, что должно случиться сегодня.
Сейчас десять и к двенадцати мне стоит быть на центральной арене Конохи.
Предстоит очень и очень длинный день…
Как и тогда с Орочимару, мне не хотелось идти туда и мой шаг сильно замедлился. Понимая это, я решил сократить путь через четвёртый полигон, что был недалеко от стадиона.
Спрыгнув с дерева разминаясь на ходу, я увидел, как кто-то быстро спрятался за мишенями.
Так… Ну судя по обивке на брёвнах и следам от ударов… Тут явно рукопашную тренировали. Следы маленькие, явно девочка…
— Хината, выходи, я тебя нашёл. — Посмотрел я на то бревно и она осторожно выглянула из-за него. — Ты чего прячешься?
— П-прости, Наруто… Я не сразу поняла, что это ты. — Смутившись соврала она.
Ага… С её зрением и не понять…
— Да, это всего лишь я… Ты не собираешься идти смотреть на поединки?
— Если честно, то… Я не…
— Понятно. Ну, дело такое. Ладненько, удачи тебе с тренировками. Надеюсь ты всё же станешь сильнее. — Улыбнулся я и попытался пойти дальше.
— Н-наруто! — Окликнула она меня выбежав из-за бревна.
— Ась?
— Ты ведь будешь биться с Неджи?
— Ага… — Подтвердил я подойдя к ней.
— Тогда ты сказал, что… Т-ты грозился его…
— Убить? — Подсказал я и она кивнула. — Прости если напугал, он тогда меня сильно разозлил.