— Может я так и хочу… Не важно… Чего ты там хотела рассказать? Присаживайся уже… — Она успокоилась и присела на кухонный стул. В холодильнике, я взял бутылку яблочного сока. За тысячу Рё тут и такое было предусмотрено. Чай готовить было жутко лень, но гостеприимность никто не отменял и раз она выдержала поъёбки, то, заслужила стакан сока.
— Спасибо. — Аккуратно отпила она. — Я так понимаю, что ты не в восторге от госпожи Цунаде и на грани от того, чтобы возненавидеть её?
— Возненавидеть? Это ты перегнула… Не против же, если на «ты»? — Уже слишком поздно, особенно после шуток на грани с откровенным домогательством, но я, всё же, решил притвориться человеком. Она кивнула, улыбнувшись… Хрен пойми, но, вроде, это типо «ок». — Ты же не будешь ненавидеть собаку, которая на тебя лает из переулка? Это глупо…
— Да как ты смеешь! — Резко ударив ладонью по столу и опрокинув сок, подорвалась она. — Госпожа Цунаде – великий человек! Ты ни черта о ней не знаешь! Не смей говорить подобное о ней!
— Слушай… — Спокойно, даже слегка сдерживая зевок, ответил я. — Ты можешь тут, хоть, обделаться от перенапряжения. Я говорю, что думаю и не собираюсь впечатляться её прошлым. Прошлое так и называется, потому, что уже прошло. Сейчас, она за короткое время, оставила о себе самое негативное впечатление и если ты пришла орать на меня, то только о себе впечатление испортишь. Не трать нервы. Не нужно её защищать и переубеждать меня!
— Вот значит, как? Ты, значит, если вбил себе, что-то в голову, то, так и будешь стоять до конца? О тебе, знаешь ли, тоже, впечатление не очень…
— Ха! А я и никому не навязываюсь. За столом, я вообще молчал, пока она не начала мне кидать свои охренительные предупреждения про «умрёшь молодым» вот и получила ответ. По-твоему, значит, я себя повёл слишком грубо? А, значит, оскорблять Хокагэ, оскорбить при мне в лицо моего учителя и сказать, что я умру молодым если чего-то там? Это она в лицо тринадцатилетнему, на секунду… Нормально, значит, всё?! — Шизуне резко отвела взгляд. — Или если она «госпожа» и одна из трёх легендарных ниндзя, то, значит, ей простительно, ведь она ради этого воевала и совершала свои великие подвиги. Чтоб потом, ей любую хрень спускали на тормозах? Так? Ну чего, я опять не прав?
— Потому я и пришла к тебе… Ты, просто, не понимаешь… Госпожа Цунаде вовсе не такая, какой может казаться, особенно сейчас. Ты многого не знаешь о ней…
— И не хочу знать… Говорю же, чтобы там ни было, оно не даёт человеку право так оскотиниться, если, конечно, она хочет оставаться человеком. Может мне и Орочимару попытаться понять и простить? — Шизуне вздрогнула. — У него тоже, наверняка, есть ни одна причина опуститься до того, до чего он опустился. Видела ведь его? Понимаешь о чём я?
— Д-да, но…
— Так вот… С каждым, я поступаю так, как считаю справедливым и не нужно мне сейчас рассказывать сказки. Я многое знаю о твоей «госпоже» и с ней я готов говорить и даже пари заключать. Как по мне, ей просто нужно мозги вправить, но «сюсюканьем» тут делу не поможешь. Старик попытался, но она, просто вытерла о него ноги. Со мной это не прокатит, я не влюблённый идиот, ослеплённый верой в то, что можно просто достучаться до старой боевой подруги одними словами. Однако, если бы я не верил в неё, то не стал бы даже говорить, а уж тем более заключать пари. И я собираюсь выиграть, раз уж другого способа переубедить её, не представляется, в ближайшей перспективе.
— Вот как… — Шизуне выдохнула и опустив взгляд в пол, улыбнулась, сжав кулак. — Спасибо… За такую честность… Ради твоего же блага, я надеюсь, что ты найдёшь другой способ повлиять на госпожу или лучше, просто оставь это господину Джирайе. Дело в том, что ожерелье, которое она поставила на кон – проклято.
— Ну приехали…
— Ты не веришь? Но ведь проклятия существуют…
— Не в том виде, о котором ты говоришь… Проклятия – это просто техники на основе чакры и как с любой техникой с ними можно бороться, развеивать и изучать.
— Есть куда более сильные проклятия, наложенные самой судьбой. Это ожерелье – притягивает смерть.
— Даже так? — Шизуне кивнула. — Хех… Ну ладно. Ты прости, но хватит с меня, на ночь глядя… Я очень устал. Шизуне или как там тебя? — Поднялся я со стула. — Пора мне уже спать и если ты, точно не хочешь подоткнуть мне одеяло, то…
— Тц… — Она цокнула языком и задёргала бровью.