Мы сели на ступенях вокруг Трона, а Провидец встал лицом к нему. Он рассказал нам и многом, чем, к сожалению, мы не можем с вами поделиться, та как это полностью выходит за пределы вашего опыта, и даже мы пока только приближаемся к такому пониманию. Но затем он поведал нам то, что и для вас может оказаться полезным.
Он рассказал, что, когда Иисус из Назарета был распят на Кресте, среди тех, кто стоял внизу и смотрел на Него, был и предатель, отдавший Его в руки палачам.
Значит ли это, что он присутствовал там во плоти?
Именно так, во плоти. У него не было сил ни уйти, ни подойти ближе: он стоял в стороне, но всё же мог видеть лицо умирающего Человека, страждущего Христа. Терновый венец упал с Его головы, но на лбу были заметны капли крови; волосы Его тоже были в крови. Предатель смотрел в лицо Христа, а в это время в душе его звучал насмешливый голос, который говорил ему: «Ты хотел войти вместе с Ним в Его Царство, чтобы занять там высокое положение и получить власть; ступай же теперь в Царство Его врага, там тебе будет дана власть просить и умолять. Он покинул тебя. Беги же теперь туда, где Его не будет рядом, чтобы Он не вознаградил тебя за твою службу».
Так говорил ему голос, которому он хотел поверить. Он хотел посмотреть в глаза Человеку на Кресте, но боялся этих глаз, в которые и раньше-то не мог смотреть без смущения.
Но взор умирающего Христа уже помутился, и Он не замечал в толпе Иуду. А голоса всё продолжали нашептывать ему — то насмехаясь, то обольщая его; и вот, наконец, когда сгустились сумерки, он не выдержал и бросился бежать. И там, где стояло одинокое дерево и не было людей, он покончил с собой: снял с себя пояс и повесился. Так что оба приняли смерть на дереве в один и тот же день; в один и тот же час свет земной померк для них.
Когда они вошли в духовные сферы, оба были в сознании; и вот они встретились снова. Но не сказали друг другу ни слова. Он только посмотрел на Иуду, как когда-то смотрел на Петра, и оставил его до времени, пока тоска и раскаяние не сделают свое дело и не приведут его обратно с повинной. Как поступил Он с Симоном, удалившимся в ночную тьму, чтобы плакать, так ныне поступил и с Иудой, который отвернулся и побрел прочь от Него, закрыв лицо руками, прямо во мрак преисподней.
Иуда и Симон бросили Его одного на произвол судьбы, и Он поступил с Иудой так же, как поступил с Симоном, оставив его в раскаянии, тоске и одиночестве. Но даже Иуда не остался безутешным до скончания дней своих, ибо по прошествии времени Христос нашел его и даровал ему Свое прощение, избавив от нестерпимых душевных терзаний.
Вот что рассказал нам Провидец, и даже более того. А потом попросил нас еще немного задержаться в Храме и в Святилище, чтобы обдумать услышанное и постараться запомнить во всех подробностях историю о Христе, дабы рассказать ее потом (наряду с другими услышанными от него историями) в утешение грешникам, вверженным во тьму отчаяния и потерявшим надежду на прощении своего Учителя, которого они предали, ибо грех есть предательство.
О том, как мы справились с этим поручением, мы расскажем вам в следующий раз, так как вы уже устали, и нам стоило немалых трудов довести вас даже до этого места.
Пусть же Спаситель грешников пребудет со всеми, кто блуждает в темноте, ибо среди живущих, как во плоти, так и в духе много таких, кто отчаянно нуждается в Его утешении. И вы сами да не будете обойдены Его милостью.
Вторник, 18 декабря 1917 г.
Итак, выслушав слова Провидца, мы вышли из Приемного Зала и покинули это Священное место. Разумеется, Провидец сказал нам больше, нежели мы передали вам, и слова Его были исполнены любви, придавшей нам сил для исполнения порученного дела. Нам открылось видение тех сфер, куда нам предстояло отправиться. Светлые и не очень, эти сферы, одна за другой, появлялись перед нами; за ними пошли сферы всё более туманные и мрачные, и вот наконец туман сгустился настолько, что стал совершенно непроницаем даже для нашего ясновидящего взора. За ним скрывались сферы, прилегающие к Земле, а затем и более мрачные, чем Земля; для обитателей этих сфер путь к Земле — не падение, а восхождение, ибо те, кто жил на Земле неправедно, естественною силою притяжения увлекаются вниз — туда, где окружающая обстановка будет лучше всего способствовать возобновлению их роста. Эти нижние миры вы называете адом. И это название справедливое, сын мой, если под словом «ад» подразумевается тоска, страдание и душераздирающее раскаяние.
И вот, получив все необходимые наставления и поняв суть предстоящей нам работы, мы преклонили колени перед Провидцем, Он благословил нас, и наше путешествие началось.
Сквозь первые пять сфер мы пролетели не останавливаясь и не опускаясь ниже горных вершин, и только в Пятой спустились вниз, чтобы рассказать историю, услышанную в Храме. Для этого мы постарались подобрать слова, понятные обитателям этой сферы, ибо мы стремились помочь им решить те сомнения, которые терзали их души.
Но прежде чем вы продолжите, не могли бы вы подробнее рассказать о результатах вашей миссии в Пятой Сфере?
Это была первая сфера, где нам предстояло работать, и первое созванное нами собрание. Мы остановились в Коллегии Преторов, которым были хорошо известны все затруднения умственного и духовного планов, свойственные жителям этой сферы. Так что они сами указали нам место, наиболее подходящее для реализации наших планов, и подсказали, какие именно моменты следует акцентировать в нашем учении.
Собрание было созвано в Большом Зале Коллегии. Это был действительно очень большой зал овальной формы, только с одной стороны он был немного уже, чем с другой. Кафедра находилась на одинаковом расстоянии от противоположного конца зала, а также от правой и левой его стен. На кафедре расположились мы. Среди нас был певец, который и открыл собрание торжественной песней, сочиненной им самим специально для этого случая. Негромким голосом он завел песнь о Творении. Рифмованными строками он поведал нам о тех вещах, которые мы вам уже отчасти описали; он пел о том, как Его сила и власть проявились в Изначальном, и первой на свет появилась любовь; любовь была столь доброй и совершенной, что Сыновья Божьи купались в ее лучах, и от их любви произошла красота. Вот почему красота вызывает любовь; и всякая любовь проста и чиста, и, как бы она ни проявлялась, она всегда прекрасна. Но когда воля тех, кому было доверено участвовать в развитии Царства Бытия, отклонилась от основного потока Красоты, порожденного любовью, на свет появился элемент, который хотя и создан воле, действует уже не в гармонии с первоначальной святостью; появились существа, чья красота была несовершенна, и их воля, смешиваясь с вечно движущимся потоком изменчивого хаоса, порождала, в свою очередь, еще менее красивые существа. Но среди этих существ не было ни одного, в котором не оставалась бы хотя бы малая частица красоты, пусть даже скрытая и неприметная для глаз тех, кто продолжал идти вперед по дороге, уводящей вниз, всё дальше и дальше от источника всего сущего.
Так он пел, и люди внимательно слушали его, ибо музыка казалась им приходящей свыше — оттуда, где рождаются любовь и красота, а слова песни убеждали в том, что Всевышний и Изначальный действительно Един и свободен от любых несовершенств и противоречий и что этим противоречиям было позволено появиться лишь для того, чтобы создать новую точку опоры, благодаря которой Бытие будет вознесено опять к Единству и даже еще выше, чем прежде. Этой точкой опоры как раз и должны стать противоречия, вызванные переходом Единства во множественность.
И когда песня отзвучала, в зале воцарилась глубокая тишина. Чувствовалось, что люди немного взволнованы, ни один человек в зале не шелохнулся, настолько все были заворожены песней, донесшей до них издалека могучую силу пульсирующей жизненной энергии; и каждый старался связать эту силу с реалиями своего нынешнего существования и с космической наукой.