Мужчина кивнул:
— Меня зовут Курбад. Мы благодарим тебя за честь, которую ты оказал нам, приняв в своем доме.
После обмена положенными приветствиями Зигмар широко улыбнулся, откинулся на спинку кресла и оперся подбородком на сцепленные в замок кисти рук.
— Рад приветствовать вас. Прошу вас, садитесь. Сейчас подадут вино и еду, ибо, как я понимаю, нам многое надо обсудить.
Гвиннед улыбнулась ему в ответ:
— Истинно так, господин мой. Быть может, ты знаешь, что племена асоборнов и таулетенов заключили союз. Когда мы идем на войну, наши воины шагают вместе, подобно родственникам.
Зигмар кивнул:
— Много воинов — это сила, — сказал он. — Вы поступили мудро. Но двухголовый козел редко живет долго.
— Теперь, когда наши племена объединились, никто не сможет противостоять нам, — прорычал Курбад. — И мне не нравится, что меня сравнивают с козлом.
Гвиннед кашлянула:
— Спокойно, Курбад, — она вновь повернулась к Зигмару. — На наших границах собираются орки. Они грабят наши деревни и жгут наши поля, но, объединив силы, мы можем удерживать их. Впрочем, наш союз дает нам и другие преимущества.
Зигмар хмыкнул. ОН знал, что последует за этим заявлением.
— Мы требуем, чтобы племя унберогенов платило нам дань, размер которой не будет превышать ваших возможностей, — сказала женщина.
— Почему мы должны платить вам дань? — поинтересовался Зигмар.
— Пока мы сражаемся с зеленокожими, твои люди живут в безопасности. Мы просим лишь возместить нам кровь, что проливают наши воины, — сказал Курбад.
— Ты собираешься слушать этих глупцов и тот бред, что они несут? — прошептал Вольфгарт Зигмару на ухо. Молодой король поднял руку, приказывая товарищу замолчать.
— А если мы откажемся? — спросил он.
Гвиннед и Курбед подняли оружие.
— Когда наши племена объединяются, мы насчитываем свыше трех тысяч копий. Сдается мне, что больше тысячи человек ты под своим знаменем не соберешь, — сказал Курбад.
Послы направились к выходу из зала.
— Наши племена жили в мире во времена твоего отца, — сказала Гвиннед. — Я искренне надеюсь, так будет и теперь. Пришлите нам дань до того, как осенние листья опадут на землю, и вы получите двух могущественных союзников. Если же вы откажетесь, вы приобретете двух новых врагов, а их у вас и так немало. — Затем она перешагнула через порог и ушла.
— Ты же не думаешь уступать этим жалким червям? — воскликнул Вольфгарт.
— Тише, друг мой. Дай мне немного подумать, — ответил Зигмар.
Вольфгарт неодобрительно фыркнул:
— Здесь не о чем думать. Мы соберем наших воинов, дойдем до их хибар, сажем им, что принесли требуемую дань, а затем убьем их всех.
Вперед выступил главный советник Зигмара, Эофорт:
— Мой государь, я решительно не советую так делать. У объединившихся талеутенов и асоборнов людей может оказаться намного больше, чем нам удастся собрать. Их земли тянутся вдоль всей восточной границы нашей территории. Они могут напасть на нас в любом месте, и тогда нам придется отбиваться от них. И потом, мы долгое время жили с ними в мире. Это не одно и то же, как если бы нам пришлось платить дань злейшему врагу.
— Унберогены никому не платят дани, — сказал Вольфгарт. — Если уж у нас мир, так пусть он и остается, только без дани. Мы платим своей кровью за то, чтобы восток не страдал от набегов зеленокожих с западных гор. Этой дани достаточно, — он сплюнул в огонь, и слюна зашипела на углях. — Давайте накажем их за их высокомерие, — пробурчал он.
— Что вы скажете, господин? — спросил Эофорт.
— Оба вы в чем-то правы. Поэтому мне и нужны советники. Умный правитель внимательно слушает, что ему говорят его люди, и выбирает из их слов крупицы мудрости, — он встал и зашагал по комнате. — Ты прав в том, что люди этих племен, если объединятся, превзойдут нас числом, — он посмотрел на Эофорта. — Но прав и ты, когда говоришь, что унберогены никому не платят дани, — добавил он, переводя взгляд на сердитого Вольфгарта. — Но я не вижу, как те решения, что вы предлагаете, можно обратить нам на пользу. Война будет нам многого стоить, мы можем проиграть ее…
— Что ж, тогда мы погибнем с честью, — начал было Вольфгарт.
— Но без смысла, — подхватил Зигмар. — Однако, мы не можем заплатить им дань, иначе они решат, что мы их боимся. В тот самый момент, как мы сделаем это, их люди почуют запах крови в воде и начнут думать, что мы слабы.