Но это полбеды. Хуже всего, что начинает подходить к концу запас шоколада. Его явно не хватит, если придётся проблуждать ещё несколько дней. Сегодня я, можно сказать, отдыхаю. Энергия сохраняется — значит, можно есть шоколад только один раз.
Обшариваю карманы брюк. Какая радость: нашла запас пищи — семь мятных конфет! Это обыкновенные лепёшки, которые в Москве продаются на каждом шагу. Но в них сахар, питательное вещество, и я так рада, как будто всё спасение в этих лепёшках. Теперь отложу на ужин по одной, а остатки шоколада разделю на завтраки и обеды.
К заходу солнца одежда просохла. Можно бы сегодня сделать ещё 2–3 километра, но я так намёрзлась от купанья в болоте, что повторять его не хочется. Лучше заночую здесь.
2 октября.
За ночь болото подморозило ещё больше. Проснулась гораздо раньше — до восхода солнца. Времени терять нельзя: надо идти, пока болото подморожено. К полудню огибаю гряду сопок. Передо мною на северо — западе открывается красивая панорама сопок и горных хребтов.
Видны две гряды. Они имеют форму седла. Первая, ближняя седловина — более зелёная. Очевидно, это сосны. Кое — где видны тёмные пятна елей, местами блестят совершенно золотые лиственницы. Позади, за седлом гряды сопок, менее отчётливо видна вторая гряда с седловиной. Я вспоминаю, что это та гряда, на которой я встретила бурелом. Она кажется золотой.
За двумя седловинами сопок рельефно выделяется снежная гора. Я её узнаю по характерным округлым контурам вершины.
Вот она, моя гора! Снова засекаю направление. Надо идти строго по курсу на северо — запад. Никаких отклонений и отходов, иначе неминуемо заблудишься и будешь гулять по тайге без конца.
Набрела на островок леса. После болота он кажется очень приятным. Здесь, по крайней мере, сухо, можно расположиться на отдых. Подхожу к островку. До темноты осталось ещё два часа. Глазом промеряю расстояние до ближайшей гряды сопок — километра четыре. За два часа не дойдёшь, а пойдёшь — опять застрянешь на болоте.
Остаюсь ночевать на островке.
Времени у меня много. А ну‑ка, пошарю под деревьями: авось попадётся что‑нибудь съедобное. Грибы! Крупные, крепкие сыроежки. Вот будет прекрасный ужин!
Теперь у меня много новых забот: где взять соли? на чём готовить грибы? удастся ли развести костёр?
Вокруг сырая пихта и насквозь прогнившая берёза. Странное дерево: держится на одной коре. Зажечь можно только кору. Ну что ж, Марина Михайловна, займитесь заготовками! Вооружаюсь ножом и начинаю энергично нарезать кору. Когда коры стало достаточно, возник вопрос: на чём жарить грибы и чем их приправить?
Отыскала в траве жёсткие ароматные листья. Намочила берёзовую кору, приготовила из неё коробочку, достаточно крепкую и непроницаемую для жидкости, и начала разводить костёр. Вынула спички, гляжу — их у меня осталось не так уж много. Чиркнула спичкой, придвинула поближе кору. Заранее предвкушаю прелесть горячей еды. Спички положила на траву рядом с собой.
Вдруг совершенно неожиданно загорелась вся сложенная кора и трава вокруг неё. Пламя взметнулось так быстро, что я едва успела отскочить. Пока сообразила, в чём из дело, в огне погибла вся моя коробка спичек. Начался таёжный пожар. Огонь стал кольцом распространяться по перелеску.
Прощай вкусный ужин! Прощай сон в сухом месте! Несчастный погорелец собирает свои пожитки и удирает на болото.
Только отошла метров сорок от пожарища, как вдруг вижу — прямо надо мной летит самолёт. Меня отделяют от него 2000 метров, но лётчик, вероятно, видит зажжённый мною пожар. Сильный ветер стелет дым.
Вот самолёт снижается метров до шестисот и делает несколько кругов над пожарищем. Нужно показать лётчику, что здесь есть человек. Быстро снимаю с себя свитер, егерское бельё, расстилаю всё это по болоту и сама ложусь на землю в белом шёлковом белье. Самолёт ещё снижается, делает несколько кругов и улетает на юг.
Снова двигаюсь по своему курсу — на северо — запад, к снежной горе. До наступления сумерек удаётся продвинуться на 3 километра от места пожара. На болоте встречается мелкий кустарник. Из веток устраиваю постель. Ложусь спать в полной уверенности: раз самолёт видел огонь и дым, значит завтра он снова прилетит сюда и меня найдут.
Перед сном съедаю одну мятную лепёшку.
3 октября.
Проснувшись утром, обдумываю: стоит ли ждать помощи с самолёта на этой мари или продолжать двигаться вперёд? Шоколада осталось мало, на болоте запаса пищи не пополнишь, а ведь вчерашний самолёт ничем не показал, что он меня заметил. Может быть, лётчик видел только дым, а меня ему не удалось различить. Нет, правильнее будет двигаться к снежной горе! Время осеннее, погода вот — вот начнёт портиться, пойдут ливни. Что я тогда стану делать одна на болоте?