– Поведай мне свои печали, царевич, – ринулась в бой сразу, как закрылась дверь пахнущего лавандой кабинета.
Скинула пиджак и повесила его в большой шкаф в углу. Уселась в огромное кресло за массивным столом. Иван усмехнулся. Вспомнил о Кощее – тот на своем необъятном троне выглядел примерно так же. Маленький, что белка, но руку протянуть нельзя, не ровен час оттяпает полпальца.
– Я домой вчера пытался вернуться, не смог, – зашел издалека гость. Ругаться сразу было не с руки. – Ты говорила, у врат в тридесятое царство может выйти срок. Пришел узнать, изменилось ли чего?
– Нет, Иван, они закроются сразу после Нового года. Еще есть время, – Ядвига нахмурилась, и над переносицей обозначились две строгие морщинки. Царевич ухмыльнулся, вспоминая сестру хозяйки кабинета, вовсе не походящую на модель, а скорее напоминающую продавщицу в бакалейной лавке. Все-таки Яга выглядит похуже, хоть и старше всего на двести лет.
– Тогда в чем дело, не подскажешь? – Иван поймал взгляд собеседницы. Ядвига, конечно, колдунья, но и он тоже не лыком шит. – Шутить вздумала? Я вроде расплатился сполна…
– Что ты, Ванечка, – повела плечами женщина. Покосилась на Серого. Тот сверкнул на нее строгим взглядом глаз-пуговиц. Вздохнула и продолжила: – И в мыслях не было. Ты мне вот что скажи, все правильно сделал? Ничего тут не оставил?
– Вроде все…
– И перо тоже?
Царевич фыркнул и прищурился, пытаясь понять, о каком пере говорит Ядвига.
– Забыл, Ванечка, – снисходительно улыбнулась колдунья. – Яга молодец, отлично проклятье действует, – подмигнула: – Напомню, но только потому, что был хорош и не пытался увильнуть от обещанного.
Иван нахмурился: стала бы она помогать, если бы не разругалась с сестрицей! Как же! А Ядвига продолжила как ни в чем не бывало:
– К Яге попал, когда перо жар-птицы нес, чтобы на яблочки обменять. С тобой оно было, когда сюда перенесся. А потом ты его продал…
– Точно! – обрадовался Иван. – Чтобы блинную открыть…
– Вот, – подытожила колдунья. – Перышко найдешь, с собой возьмешь, домой попадешь. Только надо до Нового года успеть, потом врата вжух! – и закроются.
– Спасибо, Ядвига, – отвесил поклон Иван, – век помнить буду!
– Ты, главное, к сестрице моей в гости загляни, как вернешься, и похвастайся, что это я тебе помогла, – подмигнула женщина. – А теперь топай: и у тебя дела, и мне на разговоры тратить время не пристало.
Иван кивнул, прихватил сумку с Серым и вышел из кабинета. Оделся и направился на улицу. До открытия блинной оставалось еще полчаса, как раз успеет добраться. А вот до Нового года всего шесть дней, и как за этот срок найти перо, даже дядюшка Леший не ведает…
Остаток дня прошел в работе и нервной, но такой необходимой суете. Царевич был занят каждую свободную от блинов минуту: выискивал, выспрашивал, вызванивал, договаривался. К вечеру легче не стало. Получалось, что после нескольких перепродаж перо оказалось у сумасбродного старика, коллекционера мистических предметов, и ничего хорошего это не сулило. Идейные собиратели не отличались сговорчивостью. Иван давно накопил достаточную сумму, чтобы выкупить свою добычу, но вот согласится ли старик обменять ее на ничего не значащие бумажки? Хорошо бы предложить коллекционеру что-нибудь эдакое взамен, так, чтобы наверняка.
Телефон нового хозяина пера раздобыть не удалось, сводили знакомые и обошлись без звонков, зато перепал адрес, и царевич твердо решил наведаться в гости завтра утром. Благо воскресенье: и старика застанет дома, и ему, Ивану, не составит труда найти себе замену в блинной. По выходным хватало желающих подработать, и можно было спокойно заняться другими делами.
Вечером еле заснул от волнения. Снились поход за молодильными яблоками, бой с Горынычем и засада на Жар-птицу. Утром открыл глаза со странным ощущением легкой, сосущей под ложечкой тоски и предвкушением важной встречи.
Добрался не быстро. Ночью приморозило, и город встал в пробках, а Серый взбунтовался против метро, и пришлось поехать на такси. Вот и потратили на дорогу часа полтора, не меньше.
В автомобиле сидел как на иголках, неясно отчего боялся, что старик убежит по делам. А когда такси припарковалось где-то между парком и высоченными новостройками, и вовсе почувствовал себя псом, что взял след и мается в ожидании открытия охоты.
План был прост. Он разговаривает со стариком, получает отказ, но незаметно запускает в квартиру Серого. Тот проводит разведку, и уже после крыс и царевич решают, как действовать дальше.