− Я кто? Каро, просто Каро.
− А ты знаешь, просто Каро, что нормальные люди, придя к чужому становищу, голосом обозначают себя издалека, да подходя к костру, говорят слова всякие хорошие. Мир вам или ещё что…
− Так-то ж нормальные люди, а я не из этих. У меня даже шаги ненормальные. – Каро сделал два под шага вперёд правой ногой, подшагивая за ней и левой.
− Я слыхивал, что в этих краях жнецы бродят. Ты думаешь, что сам победишь мою ораву? Иди с миром, не пытай судьбу. Или ты ищешь драки?
− Я ищу головы спустившихся с неба…
− Рогатые? – насмешливо спросил плечистый.
Сомнений больше не было. У костра те злодеи, что напали утром на несчастных путников. Каро подбросил левой рукой мечи, поймав обеими шершавые рукояти, скрестив оружие перед лицом. Чтобы движение или удар «пошли», его нужно сделать пятьдесят тысяч раз. Каро тренировал этот трюк не меньше двухсот тысяч раз. Поэтому плечистый ахнул, так это было плавно и красиво.
− Рогатые, − подтвердил Каро.
Все, у кого не оказалось под рукой оружия, метнулись перепуганными зайцами к своим мечам, уже крепко сжимали их в руках. Двое выставили вперёд копья. Женщина канула во тьму, растворилась.
− Неа… не видел… − спокойно сказал плечистый, затем заорал с ненавистью: − Рубите его! Вперёд!
В стороне раздался вскрик – это Мар вогнал стрелу в стражника.
В атаку бросились сразу трое. Остальные на мгновение замешкались, но лишь на миг − ринулись вперёд. Резким движением вниз и в стороны, Каро сбросил с клинков ножны, полетевшие под ноги атакующим. Молниями блеснули его мечи, разрубив голову первому и мышцу на бедре второму.
Первый упал молча, с развалившейся надвое головой не покричишь. Второй вскрикнул, неуклюже отскочил назад, столкнувшись с напиравшими сзади. Плавным движением уйдя вправо, Каро веером хлёстко рубанул обоими мечами на опережение, отрубив на замахе ближнему врагу руку у локтя. Раздался дикий крик боли, охладивший пыл других. Подшаг вперёд: Каро еле достал по шее отступившего, с разрубленным бедром. Из яремной вены взвилась струя крови, на лица врагов. А так как бедняга крутанулся, то красных брызг досталось всем, даже Каро. Бедняга приложил ладонь к шее, упал на колени, собирая перед лицом мгновенно растущую красную лужицу.
Плечистый остановился, попятился. Осталось трое против одного. Пропела стрела, Каро вздрогнул, сместившись в сторону. Но по вскрику патлатого рыжего парня, у которого из живота торчала стрела, стало ясно, что это работает Мар.
– Ну что, где головы? Рогатые… − процедил сквозь зубы Каро.
− Щас полу… − главарь не договорил − стрела, вошедшая в шею сзади, пробила кадык, не дав даже захрипеть. Наконечник зловеще темнел чуть ниже подбородка. Выронив меч, главарь схватился руками за горло и побежал к стене. Последний защитник костра бросился за ним, спасая шкуру, но Каро в четыре шага его догнал, рубанув по плечу, развалил беглецу корпус почти пополам. Плечистого рубить не пришлось, он лежал чуть дальше, держась за горло.
− Там женщина, привязана к телеге, − раздался голос Мара.
− Так развяжи… Где их вещи?
− Похоже, на телеге. И ещё там соль…
− Вот мало им соли, ещё и людей убивают, − укоризненно сказал Каро.
− Больше не будут.
Миротворцы подошли к телегам. На ближней сидела светловолосая женщина в поношенном платье. Связанные руки другим концом верёвки крепились к борту телеги. Если пленницу умыть и приодеть, она была бы красива. Но сейчас выглядела жалко. Дрожала, то ли от вечерней прохлады, то ли от страха. Тем более ей кто-то из злодеев врезал в скулу, и похоже, что не кулаком. Такой тёмной и большой гематомы Каро у женщин ещё не видел.
− Развяжи, − распорядился он, а сам полез в мешки, которые не были похожи на те, в которых соль, и не накрыты. В одном мешке нащупал что-то похожее на большую дыню. Когда вытащил на свет, ахнул.
Это была голова чудовища. Зубы… таких острых и больших нет ни у кого на Земле, белые загнутые клыки угрожающе торчали, заставляя цепенеть. Сама же морда, это была именно морда, а не лицо, по форме больше напоминала змеиную, у ноздревидного носа покрыта мелкой чешуёй, которая ко лбу увеличивалась. Наверху головы два небольших, но очень острых рога, загнутые назад. Глаза усохли, а веки впали в провалы.
− Вот это да! – воскликнул Мар, он помогал в это время освобождённой пленнице слезть с телеги, но на неё не смотрел, не мог оторвать взгляд от головы пришельца.