Два мгновенных шага в сторону, два разящих удара мечами по промахнувшейся туше.
Сартая снесло от прыжка второго, который стоял и отвлекал. Удар его лапы обжег левое плечо. Боль взорвала мозг и заставила выронить меч. Но навыки не подвели. Отмашка правой рукой – лапа полетела в траву, а тварь пыталась отскочить, но на задних лапах – ногах она оказалась неуклюжей. За что и приняла опустившийся клинок на череп.
− Кто ещё хочет срубиться? – выкрикнул Сартай, но ему ответил лишь оглушительный треск сверчков.
«Кто же вы такие?» − прошептал он и склонился над валявшейся тушей, которой разрубил черепушку. Тварь уже затихла, челюсть отвисла. Крупные клыки торчали из окровавленной пасти. Скошенный лоб, острые уши, расположенные высоко. Сильные, мускулистые руки с короткими пальцами, на которых длинные и острые когти. Какие-то уродливые ноги, видимо, существа предпочитают движение на четырёх лапах. Темнота скрадывала очертания, но темная короткая редкая шерсть просматривалась по всему телу.
Взгляд выхватил из пропасти темноты скользнувшую вдалеке тень. Там раздалось недовольное рычание, затем скрежещущий голос:
−«Тыыы неё уидииошь, никкктооо не ууггаааддиииллл».
Сартай не ответил, вскинул рюкзак на правое плечо − левоеболит и кровоточит.
В руки оба меча…
Он зашагал прочь из этой Проклятой Долины.
Если тварь хочет боя, нападёт. Он за ней гоняться не собирается. А брать в руки лук… С ним не встретишь достойно нападающих – стрела не остановит.
Хотелось быстрее добраться до реки, перейти по мосту, пусть и ветхому. Подмывало бежать, но бег быстро изматывает.
Сартай не останавливался, быстро шел, сердце гулко стучало. Не от ходьбы, от страха.
Сартай вертел головой, всматриваясь в темноту, особенно в высокую траву, впереди себя. Ведь эти твари могут рапластаться в траве, ждать на пути. А потом неожиданно прыгнуть.
Вспомнились убегающие в темноту фортэсы. Бедные… Наверное, стали жертвами хищников. А то, что эти твари хищники, говорило поведение возчиков. Они просто взбесились. Искать их смысла нет. Рассказывали в легендах, что лошади, жившие во время древних, иногда оказывались преданными как собаки. Прибегали на зов или свист. Фортэсы не такие: гордые и туповатые, они сродни волам.
Глава 5
Сомбаты
Больше до самой реки никто не нападал. Найти мост было несложно, сюда ведёт лощина. Сартай вышел на середину шатающейся переправы, сел на пятки. Здесь он в безопасности, внезапно никто не подберётся. Гибкий мост сразу предупредит вибрациями.
Тело устало, противно ныло плечо. Сняв рубаху, Сартай осмотрел раны.
Та, что на груди, не опасна, видно с первого взгляда. На плече похуже, когти вошли глубоко. А на груди просто уперлись в грудную клетку. Если бы тварь рванула загнанные когти, дело было бы плохо.
Сартай стал вспоминать все слышанные легенды. О потустороннем мире и о древности. И тут его осенило: «Это сомбаты!» Вспомнилось, когда еще детьми сидели вечером у костра, наставники рассказывали страшные истории, а их за историю Земли накопилось с избытком. Рассказывали и придуманные, может даже сказки. Дети слушали в тишине, затаив дыхание.
Сомбатов создали как солдат. В хаосе апокалипсиса много бед они доставили людям.
Много веков об этих хищниках не было слышно, люди истребляли их, как могли. Одно спасло: эти твари не плодовиты. О них уже забыли многие века назад, но видно, в каком-то закутке Земли они незаметно жили и размножались. Сомбаты разумны, когда обучены, а если нет, то почти как животные.
Открытие успокоило. Они из плоти и крови, и из нашего мира.
Глаза смотрели на темную воду, казалось, та стоит на месте, рисуя иногда небольшие круги. Сартай решал, что делать. Оставить долину в покое, вернуться в Миссию? Затем прийти группой, выбить всех хищников в Долине. Или пойти утром снова в долину самому?
Самому опасно, но дорога в Миссию и обратно займет много времени. За эти дни сомбаты могут сделать много зла. Сартай представил, сколько людей уже пережили смертельный ужас и муки. Прекратить это − его долг. Выбор – долина.
Сартай, уставился на воду, медитация пошла.
«Откуда твой страх? Не боится смерти миротворец. Рождение – гарантия смерти, вопрос только когда. Для миротворца вопрос, с какой пользой. Изменил ли ты этот мир? Выполнил ли свой долг? Нет, пока нет.
Где твои друзья? Где твой фортэс? Где твоя храбрость? Барахтается под страхом где-то. Едят друга твоего человеков враги.