− По виду вы воины. Чьего войска? − продолжил допрос старший.
− Мы сами по себе, добрый человек, но воевать умеем.
− А мне сдаётся, что вы лазутчики Вареса! − злобно выпалил рыжебородый.
− Ты бросаешь людям ложное обвинение. Здесь может зря пролиться кровь, это говорю тебе, я − миротворец.
Рыжебородый опустил меч, подошел и присел к костру.
− Мир вам, добрые люди, − произнес он приветливо.
− И вам мир, − ответил Сартай. Все с облегчением попрятали и отложили оружие.
− Тарак, гони сюда женщин, пусть несут путникам угощение, − приказал рыжебородый щуплому юнцу. Трое мужчин во главе с рыжебородым и путники обсели костер.
−У вас нет жилья. Я понял, что здесь недалеко живут люди, но прячутся, − начал разговор Сартай.
− Я − барон Викор, а это мои люди, − он обвёл мужчин рукой. − У меня был неприступный замок, триста людей. Год назад у стен стали появляться небольшие группы воинов, которые называли себя воинством великого Вареса. Требовали дани. Мы прогоняли их, но однажды подошло большое войско, несколько тысяч человек. Они быстро ворвались в замок. Там началась беспощадная резня. Я с небольшой группой ушёл через тайный подземный ход. Часть скота мы заранее спрятали в лесу, знали, что они придут, но не думали, что врагов будет так много.
− Какое оно, это воинство Вареса? Опытные ли его воины? − тихо спросил Сартай.
− Опытные и жестокие. Сам Варес, словно зверь. Кто не покоряется ему, этот владыка вырезает весь род и всех слуг, кроме молодых женщин. В войске его разные люди, южане, степняки. Их племена постоянно воюют между собой. Для них война − обычное дело. В народе их называют оскальники, у них на щитах нарисованы оскаленные морды разных животных.
Из темноты ущелья появились молчаливые женщины, неся еду.
Возле костра на подстилке появились молоко и лепешки, вареное мясо и солёный сыр. Путники с жадностью набросились на еду.
− Вот спасибо! – Корн уплетал за обе щёки. – А мы только о нормальной еде мечтали!
− Ешьте, ешьте… Вижу, вы люди добрые, − проговорил барон. − Сейчас вам принесут шерстяные подстилки, отдыхайте. Завтра утром поговорим. Я приду на рассвете. Пойдёмте. – Викор встал, жестом показал своим людям, что пора уходить.
Через время длинноволосая пожилая женщина принесла подстилки. Корн сразу растянулся на одной, подложив под голову рюкзак.
− После такого ужина я высплюсь от души, − зевая, пробормотал Корн.
− Надо будет дежурить ночью, − тихо произнес Сартай. − Я первую половину дежурить буду, а ты − вторую.
− От кого охраняться? Эти вроде нормальные, накормили от пуза. Нечего их бояться, пусть они трепещут, − Корн повернулся набок и через пару минут звучно захрапел.
Сартай устроился на подстилке ближе к выходу. Анисей присела рядом и заговорила на своем языке, что-то объясняя. Она показывала рукой то на себя, то на обоих мужчин.
− Я ничего не понимаю из твоей речи. Иди спи, − ответил Сартай. − Останешься с этими людьми, дальше тебе идти опасно.
Ночь выдалась тёплая, Сартай продремал у входа до первых лучей солнца. После сытного ужина в организме появились силы и лёгкость, энергия переполняла организм.
Возле пещеры никого, все умылись и напились воды, затем Корн стал ждать завтрак.
Когда солнце уже поднялось на ладонь от горизонта, появился барон, в сопровождении двух мужчин и служанки.
− Что вам из продуктов собрать в дорогу? У вас есть чем заплатить? − обратился Викор к Сартаю.
Миротворец достал из кармана две золотые монеты, протянул барону.
− Это много, − барон, глядя с жадностью на золото, проглатывал слова. − Хватит одной серебрёной.
− Южанку оставлю тебе, это плата. Зовут Анисей, научите ее нашему языку. Смотри за ней, на обратном пути я её заберу. Если не вернусь, поклянись, что она будет свободна.
− Клянусь, − не думая, ответил барон, поспешно беря монеты.
− У вас есть фортэсы? Я хорошо заплачу.
− Все возчики остались в замке, − Викор вздохнул с сожалением. – Хорошо еще, что часть коров и коз припрятали.
− Можете уйти в Проклятую Долину, там сейчас спокойнее. Из продуктов положите больше сыра и лепёшек.
− Вина мех налейте, в пути пригодится, − прогудел Корн, зевая и лениво потягиваясь у входа.
− Что занесло жнеца так далеко? − с интересом спросил Викор.
− Отпусти слуг, я отвечу.
Барон знаком отпустил прислугу.
− Так что же гонит тебя вдаль? − повторил вопрос барон.
− Чем измерить горе Земли? Чем перечерпать слезы людские? Ты караешь и решаешь людские судьбы, пользуешься рабами. А сейчас ты стонешь, когда тебя хотят поработить, просто пришла плата за твои дела. Загляни в свое сердце, но всё равно не поймешь моей тропы.