− С их помощью бирсиры очищают планету от всех живых наземных существ. Универсальные стиратели жизни. Их называют пожирателями. И они видишь, не из такой плоти, как мы. Земная плоть при попадании преобразователя расплывается как кисель, а у них видишь, осыпается как железо.
− Да, странные существа. И мне очень это не нравится! Давай, командир, решай что-нибудь!
− Да я даже и не знаю, что делать. Будем идти от базы, где-то точки ожидания шершней. Но боюсь, те ромбовиды их легко положили, как пожиратель кабана. Они где-то в десятикилометровой зоне должны были ожидать. Но уже кто-нибудь вышел на связь, по любому летали бы сканы.
− Короче, я так понял, пока валим отсюда подальше…
Навиро кивнул.
− Если вернёмся, нужно затребовать, чтобы для таких операций сделали поисковики, дэтеки живых существ. Было бы легче намного. А то мы сейчас как слепые кроты…
Они двинулись опять на восток, но уже шли тихо и осторожно, будто вокруг были мины и за деревьями их ожидали стрелки.
Земля встречает их не особо приветливо…
Через полчаса они увидели далеко у подножия холма, как раз у кромки леса стоящий шершень. Он одиноко чернел среди жёлтой травы.
Смотри! Есть! Наши есть!
Навиро проверил через искина – связи ноль.
− Он мёртвый, − ответил Навиро. Связи нет. Шершень вообще хамелеон, а стоит чёрный. Он обуглен.
− Но всё равно, может, там хоть что-то работает. Как-то подать с него сигнал на корабль или челнок.
− Думаю, что это дохлый номер, но попробовать стоит.
Пошли по открытой местности.
− Интересно, а кто кого замочит при встрече: колесун пожирателя или наоборот? − спросил Кейн на ходу.
− Что там у тебя в башке, детство ещё? После всего пережитого тебя беспокоит такая хрень.
− Ну а всё-таки? Как думаешь?
− Один на один – победит колесун. Но… прожоры плодовиты. Их может быть, как саранчи. Как ты думаешь. Кто на планете останется?
− Ну да, понятно, что колесунов сожрут и оближутся. Прожоры – понятно. А почему колесунов так называют?
− Вот оно тебе надо? – Навиро начинал злиться. – Потому что они могут бежать, а потом начинают крутиться колесом.
− И как только у них голова потом не кружится?
− А вот колесуна встретишь, и спроси!
− Ты не ругайся… Это… я… так успокаиваюсь! − Кейн нервно сглотнул, указывая рукой. − Под деревьями видишь?
− Чего?
Навиро резко остановился, взгляд впился в тени леса.
Пять.
Пять пожирателей. Четыре − массивных, с хитиновыми панцирями, будто выкованными из железа. Пятый поменьше, но не менее опасный. Огромные богомолы из кошмаров. Они замерли под стволами, сливаясь с корой, лишь блики на хитине выдавали их.
− Хамелеоны, чёрт возьми… − прошипел Навиро.
В груди похолодело, но разум уже просчитывал варианты.
Шершень.
Его створки раскрыты − внутри можно занять оборону. Три стены, узкий вход, преимущество позиции.
− К шершню!
Они рванули разом, будто выстрелил стартовый пистолет.
От леса раздался странный щелчок − и первый пожиратель взмыл в воздух, как выпущенная из пращи скала. Высоко. Быстро.
За ним, щёлкнув, взмыли в воздух остальные.
− Не успеем! − закричал Кейн и побежал обратно.
− Куда, придурок? – заорал Навиро, понимая, что сейчас будет. – Ко мне беги!
− Я буду отступать, перестреляю! Иначе никак!
Кейн остановился, прицелился…
Выстрел из резонатора, второй.
Гулкий взрыв, один пожиратель вспыхнул с небольшим взрывом, стал мгновенно обугливаться ещё в воздухе.
Трое остальных уже налетали, лавировали, они летели за убегающим. Видно такой инстинкт.
На Навиро летел всего один.
Он выстрелил сначала в сторону, чтобы поразить хотя бы одного из летевших за Кейном. А они уже пошли на снижение.
Кейн стрелял, но они лавировали крыльями, ловко изворачиваясь.
Навиро выстрелил сбоку в одного. Целил немного на опережение. Но преобразователь на дальних дистанциях туговат: две лапы только отсыпались от твари. Она зловеще скрипела, но уже приземлялась возле Кейна. Он успел обуглить ещё одну тварь почти в упор, заорав от боли сам. Но ожог – это было только начало…
На Навиро летел всего один.
Выстрел преобразователя.
Жёлтая нить смещения пространства прошила воздух − грудь пожирателя рассыпалась в пыль ещё до приземления. Труп грохнулся на траву, словно мешок с камнями.
− Навиро! – раздался душераздирающий крик.