— Скажите, вы Смерть? — Бертрам не питал надежд на ответ, но всё же решил осмелиться и впервые заговорить с тенью, из-за присутствия которой его поначалу всегда пробирало до мурашек.
— Ты ничего такого ещё не сделал в своей жизни, чтобы сама Смерть явилась за твоей душой.
Вздрогнув от неожиданного прозвучавшего ответа, Бертрам понял, что он услышал голос молодой женщины. Тень же приблизилась, плавно скользнув из тёмного угла на свет от свечей. Холод пробежал по спине и краем глаза мальчик заметил, что церковная свеча у его кровати немного закоптила.
— Я всего лишь одна из её покорных слуг. И вы, смертные, называете нас жнецами, — тень стала плотнее и вскоре вовсе обрела черты девушки в чёрном строгом платье без изысков. — Всё же мне не показалось — ты и правда меня уже видишь некоторое время.
Завороженно рассматривая жнеца, Бертрам мысленно сравнил её с изящной фарфоровой куклой, что видел на витрине магазина игрушек ещё в канун Рождества. Белая кожа контрастировала не только с платьем и помадой тёмно-красного оттенка, но и с чёрными волосами, убранными в высокую причёску. Из пучка торчали две серебряные шпильки: одна была украшена таким же серебряным птичьим черепом, другая увенчана рубином. Единственное, что могло по-настоящему напугать в её образе — это белые глаза, обрамлённые пышными чёрными ресницами. Но всё же Бертрам уже без страха ею любовался.
Вопросительно изогнув бровь, жнец по птичьи склонила голову набок.
— Ты так и будешь меня разглядывать? — она сложила руки перед собой.
— Простите, я всё же впервые вижу настоящего жнеца, — смущённо отвёл взгляд Бертрам. — Может вы знаете, почему я вас стал видеть?
— Ты уже был на грани смерти на днях, да и сейчас ещё балансируешь, — сначала безэмоционально ответила жнец, но немного подумав улыбнулась. — Хочу похвалить, раз ты и слышишь меня. Для своих одиннадцати лет, ты неплохо держишься — ни разу не видела, чтобы ты жаловался на горечь лекарств или плакал от боли в лёгких и в крестце. Ещё маленький, но уже сильный духом.
— Маме и так плохо из-за моего состояния. Не хочу чтобы она плакала ещё больше, — Бертрам потрепал край одеяла, похвала жнеца его приободрила. — Но всё же, раз вы здесь, я скоро умру?
— Может да, а может и нет. Я пока только наблюдаю. Сейчас, выживешь ли ты или нет, зависит от тебя.
Ухватившись за последнюю фразу, словно как за спасательную соломинку, Бертрам оживился и резко сел на кровати, почувствовав прилив сил:
— Прошу! — короткий кашель прервал его, — прошу, скажите как мне выжить!
— А зачем ты хочешь жить? — жнец подозрительно прищурилась, — не хочешь чтобы родители горевали?
— Я хочу стать доктором! Хорошим доктором. Спасать людей, если и у них есть шанс прожить дольше.
Брови жнеца удивлённо приподнялись. Сделав несколько плавных шагов к кровати, жнец наклонилась так, что их лица были напротив друг друга. Бертрам непроизвольно выпрямился, словно проглотил палку. Белёсые глаза, не моргая, смотрели не на него, а в глубь его мыслей, что уже панически метались в голове — по крайне мере ему это так показалось. Озноб вернулся, и Бертрам нервно тряхнул головой.
— Любопытно, — жнец достала шпильку, украшенную вороновым черепом, — готов ли ты поклясться, что выучишься на доктора и будешь искать и лечить серьёзные заболевания, рискуя даже сам заразиться?
— Да! — ответил Бертрам не задумываясь. — Я хочу достойно прожить продлённое мне время.
— Протяни ладонь, — мягкая улыбка снова тронула губы жнеца.
Послушно подставив ей требуемое, Бертрам наблюдал как жнец острием шпильки водит по его коже, вырисовывая чёрным дымком странный символ, что моментально впитывался, не давая себя разглядеть.
— Благодаря этому я теперь выживу? — спросил он, как только жнец снова убрала шпильку в причёску.
— Нет, — она ухмыльнулась, заметив озадаченное лицо мальчишки, — это только печать договора: ты обязуешься прилагать все свои силы и знания, чтобы лечить людей, а жнецы будут наблюдать за тобой и по своему желанию решать — помогать или нет тебе подсказкой.
Бертрам растерянно хлопал ресницами смотря на жнеца, что стала разглядывать резную музыкальную шкатулку у его кровати. Он осознавал, что теперь на нём лежит ответственность не только за свою жизнь.
— Понял, но как мне самому сначала выздороветь?
— Получается я первая выполню часть уговора, — задумчиво пробормотала жнец. — Зараза из твоих лёгких уже давно ушла, но организм отравлен неправильным лечением. Перестань пить отвар из белены чёрной — она мешает выздоровлению и только губит тебя сейчас.