В образовавшейся тишине он услышал шорох снимаемой одежды.
— Я рад, что ты все поняла. Вот же Генриетта обрадуется когда мы наконец-то всей семьей соберемся за завтраком...
***
Сидя в горячей воде девушка остервенело терла уже покрасневшую кожу мыльной губкой, как будто это поможет стереть воспоминания о тонких, старческих пальцах трогавшие ее тело. Закрыв глаза она заставляла себя забыть его взгляд, которые оставлял куда больше следов чем его руки. Через некоторое время она почувствовала боль. Отбросив губку девушка увидела как маленькие капли крови просачиваются через разодранную кожу и растворяются в мыльной воде.
Вид крови успокоил ее. Откинувшись назад она закрыла глаза и представила, что вместе с болью и кровью ее тело избавляется от воспоминаний. Дождавшись когда многочисленные ранки перестанут кровоточить она вылезла из остывшей ванны с порозовевшей водой. Не вытираясь она прошла в комнату, и обойдя кровать подошла к большому зеркалу. Отбросив влажные волосы назад она с неким фанатичным удовлетворением взглянула на себя. Грудь, внутренняя сторона правой ноги, лодыжка, и шея яркими пятнами горели на белой коже. Боли она не чувствовала, лишь облегчение, она смогла стереть с себя его прикосновения.
— Замечательно, — прошептала она одними губами и холодно улыбнулась своему отражению. Взглянув на разложенные на кровати свежую нижнюю рубашку и платье девушка стала одеваться. Не дожидаясь когда ее волосы высохнут она заплела их в косу и торопливо вышла из комнаты.
В большой столовой залитый ярким летним солнцем, за дубовым столом неспешно переговариваясь завтракали Юстас и Генриетта.
— Доброе утро, Лили! Моя дорогая, тебе бы стоило высушить волосы, прежде чем спуститься к нам, — женщина бросила завистливый взгляд на толстую косу Лили. В отличие от племянницы, Генриетте приходилось делать жуткий начес, чтобы придать тонким волосам хоть какой-нибудь объем, от чего и без того редкие волосы еще больше портились к большому сожалению хозяйки. С громким хрустом надкусив тост с маслом, она повернулась к мужу, который не сводил взгляд с хрупкой фигуры девушки. Стряхнув крошки хлеба с полной морщинистой груди, она бъявила:
— Я пригласила сэра Дозера и его сына сегодня к нам на ужин!
— Не думаю, что это хорошая идея, — хмуро ответил Юстас, все так же наблюдая за Лилианой.
— Юстас, ты не должен препятствовать общению Мартина и Лилианы, они скоро станут мужем и женой. Они же должны узнать друг друга...
— Отправь письмо с извинениями… — повышая голос мужчина перебил жену. — О чем можно говорить с дураком?! Свадьба через два года! Возможно я еще передумаю…
— Юстас Виллан! Не смей даже думать об этом! Только попробуй не выдать эту тварь замуж! — показывая толстым, указательным пальцем на девушку закричала женщина. Её полное тело, стянутое корсетом сотрясалось в такт ее словам. От ее доброжелательности не осталось и следа.
— Заткнись! — тихо процедил мужчина.
— Юстас, если через год она не уберется из моего дома, я ее вышвырну на улицу. К тому же, вряд ли Дозер отпустит ее. — зная слабость своего мужа перед мерзавкой, Генриетта усмехнулась. — Возможно он сам захочет позабавиться с ней. Глядишь и обрюхатит ее вместо дебильного сынка, если конечно сможет. Я видела как он смотрит на нее, облизывается…
Лилина наблюдала за их ссорой с удивительным спокойствием, даже чашка в руке не дрогнула. Внешне отрешенная, внутри нее разворачивалась буря. При упоминании Кларка Дозера в ее голове со злобным оскалом поднимали головы монстры — страхи которые она тщетно пыталась спрятать . Оцепенев от страха, она сидела неподвижно стараясь не выдать своего ужаса.
— Лилиана! — резкий оклик вывел ее из оцепенения. — Пошла в свою комнату! Что бы до вечера я тебя не видела!
Дождавшись когда племянница поднимется к себе, женщина повернулась к мужу и уже спокойно продолжила:
— Юстас, ты совсем обезумел? Дорогой, Кларк обещал за нее место в совете, ты забыл? Таких как она тысячи, ты можешь выбрать любую. Помани пальцем и любая девица приползет к тебе на коленях. — Женщина поднялась и обойдя стол подошла к мужу. Обняв его со спины она стала утешать его — Через неделю приплывает корабль с Хемсона, давай посмотрим на товар. Возможно ты присмотришь себе кого-то? — прижавшись к нему шептала женщина. — Милый, любая раздвинет ноги перед тобой...