Генриетта успокаивающе погладила лысую голову мужа и обхватив дряблые щеки жадно поцеловала его полные губы.
Этим же вечером, барон Юстас Виллан со своей супругой и племянницей встречал гостей.
Глава 2
Сухопарый мужчина в нетерпении стряхнул несуществующие пылинки с бархатного камзола. Поправив бриллиантовые запонки он выглянул в окно. Уродливые стены замка барона Виллана приближались. Ну наконец-то! Сжав ноющие виски он в раздражении посмотрел на беспрерывно болтающего юношу.
— Па, а мы уже близко? Я буду целовать ее сегодня? А она меня? Я хочу чтобы, она меня всегда целовала! Хочу увидеть ее ноги, если задрать платье у нее наверное…
— Мартин! — грубо прервал он словесный поток. Юноше не обращая внимание на отца продолжал задавать свои вопросы. Кларк не выдержав схватил за волосы глупо улыбающегося сына крикнул:
— Мартин! Заткнись! — оттолкнув притихшего юношу он удовлетворенно выдохнул. Спустя пару минут тишины он пригладил растрепавшиеся волосы сына и мягко продолжил — Я же тебе обещал, что она будет в полном твоем распоряжении. Но! — взглянув на юношу, мужчина брезгливо вытер его губы, на которых выступила слюна. —Сейчас пока не время, потерпи чуть-чуть.
— Я хочу ее, — полные, влажные губы юноши задрожали. Обхватив себя тонким руками он начал раскачиваться.
Испугавшись, что сын сейчас устроит истерику, мужчина обнял его и утешающие погладил по спине.
— Сынок, ты же знаешь я свои обещания сдерживаю. Ты получишь ее, не расстраивайся! Хочешь я отдам тебе Матильду? Она же нравилась тебе?
— Она не дала мне посмотреть на свои ноги. Я ее не хочу...
— Ну-ну, мой дорогой. Поверь мне, теперь она даст посмотреть на ноги и на все что ты захочешь. Договорились?
Юноша прислушивался к тихим словам отца и потихоньку успокаивался. Он еще подождет немного. Теперь это будет легче, ведь папа поделится Матильдой. Раньше он запрещал ему подходить к ней, а сейчас разрешил… Он еще подождет…
Темная карета остановилась перед каменным крыльцом. Не дожидаясь когда слуги откроют дверцы кареты Кларк поспешно вышел. Нервно переминаясь в ожидании когда подойдет сын он бросил рассеянный взгляд на лестницу и замер. Смешно перебирая худыми ногами к нему спускался Юстас, поддерживая за руку свою полную супругу. Но не это привлекло его внимание, на него смотрела она. Лилиана Ранкар, наблюдала за ним, как будто зная что он пришел за ней. Улыбнувшись ей он взял за руку подошедшего сына и стал подниматься навстерчу хозяевам.
— Кларк, Мартин! Я рад приветствовать вас, надеюсь дорога вас не сильно утомила? — вежливо поприветствовал гостей Юстас, хотя он не испытывал особой радости при виде Дозера. Ему не нравился взгляд Кларка, он видел что граф смотрит на Лилиану. С какой стати!?
— Барон, баронесса — мужчина поцеловал пухлые руки женщины и крепко пожал протянутую руку недовольного Юстаса. — Благодарю за приглашение. К сожалению я сегодня не располагаю временем. Если вы не возражаете, я бы хотел перейти к цели визита.
— Надеюсь ничего серьезного? — с плохо скрываемой радостью поинтересовался Юстас. Слава Свету, он сегодня не будет наблюдать, как полоумный сынок Дозера пускает слюни и смотрит похотливыми глазами на Лили.
— Милорд, Люсинда приготовила замечательный ежевичный пирог. Я помню, что он вам понравился в прошлый ваш визит. — в надежде задержать гостя сказала Генриетта. В отличие от мужа, она переживала, что сделка сорвется и Кларк передумает брать в невестки Лилиану.
— О, я помню тот потрясающий вечер. Особенно ежевичный пирог, он был выше всяких похвал. — воскликнул мужчина, и взглянул на ожидающую их девушку. — Он просто таял во рту, нежный, с приятной кислинкой и сладким послевкусием — останавливаясь перед Лилианой закончил он. Карие глаза с удовольствием рассматривали хрупкую девичью фигуру облаченную в розовое платье. — Определенно со сладким послевкусием, — с хрипотцой повторил мужчина, смотря на светлую макушку девушки, что присела перед ним в реверансе.
Юстас был вне себя от ярости, его рыхлое лицо побагровело. Он понял, что слова Кларка Дозера были предназначены его Лили. В отличии от мужа Генриетта прислушивалась к словам графа, боясь дышать. Словно гончая, учуявшая крупную добычу, ее слух был на пределе. Неужели ее шуточные слова произнесенные еще утром, оказались пророческими?!
— Лилиана! Представляешь, папа отдал мне свою Матильду! Хочешь я тебе тоже покажу ее ноги... — в образовавшейся неловкой тишине, слова больного юноши прозвучали слишком громко, усугубляя неловкий момент.