Сможет ли она довериться, доверить тайну, что гнетет и сжирает ее долгие годы. Она все потеряла из-за проклятия: родителей, себя, свою свободу, волю.
— Лили, я жду!
От раздумий ее отвлек его требовательный голос. Она подняла глаза и оценивающе посмотрела на мужа. Лилиана никогда не смотрела на него как на мужчину, лишь как на очередное препятствие к цели. Только сейчас она по-настоящему взглянула на него. Кроме необычной внешности она чувствовала его силу, холодность, отчужденность, и в то же время одинокую душу, жаждущую свободу. Разноцветные глаза смотрели мрачно, на острых скулах ходили желваки, хотя внешне он был совершенно спокоен. И почему-то сейчас она поняла, что ей несказанно повезло, что она вышла замуж за него, а не за Джейми. Он красив, умен, в нем чувствуется сила и холодный расчет — то, что ей необходимо и окончательно сдавшись она приняла единственное верное решение в данной ситуации. Ей стоит за него побороться, ведь только он сможет помочь ей.
«Ну что ж, Кати, надеюсь, ты права» — в сердцах подумала она и спросила:
— Что ты хочешь знать Рейн?
— Все…
Лили, потянулась к халату, что висел на спинке кровати. Она не стеснялась своего обнаженного тела, у нее был «хороший учитель» который искоренил привычку прикрываться. К тому же у Рейна было достаточно времени, чтобы ее рассмотреть. Повернувшись к нему спиной, она одела его и под немигающий взгляд мужа, потуже затянула пояс на узкой талии. Затем села перед зеркалом и взяв гребень, стала расчесывать белые с перламутровым оттенком волосы. Монотонное движение руки успокаивало, а мысли возвращались в прошлое.
— Мои родители не думали переезжать сюда, но отец провинился перед правящим домом и чтобы избежать смертной казни на Хемсоне, заплатив баснословные деньги, тайно вывез нас с матерью на Сиарай. На тот момент попасть на остров было уже значительно тяжелее, чем раньше — Лили горько улыбнулась своему отражению, воспоминания отозвались болью в груди. Ее отец дорого заплатил за безопасность дочери. — Возможно ты слышал, наш корабль не доплыл до острова, мы попали в шторм. Из всей команды и тех несчастных, что плыли сюда ради лучшей жизни, выжили всего десяток людей, в том числе и я.
Тем, кто выжил, увы, не повезло, хотя сейчас я бы сказала, что повезло, — буднично продолжила она, а в ушах ее стоял крик изувеченных людей, которых добивали стражи его величества. — Со мной бы не стали бы возиться, не повторяй я одно и то же: «Я племянница баронессы Генриетты Виллан». Генриетта, дальняя родственница моей матери. Когда на Хемсоне узнали про цераи, она с мужем сбежала на Сиарай, чтобы иметь прямой доступ к цветам.
Когда меня привили к ней она особой радости не испытывала, но имя моего отца и его состояние позволило мне рассчитывать на ее покровительство. Как оказалось, отец готовился к побегу. Тайно выкупив земли, он успел отстроить Вемпшир, так же положил в банк значительную сумму денег, которую я унаследую после совершеннолетия. Так, в возрасте восьми лет я оказалась в аду. — Лили улыбнулась отражению мужа. Он стоял на своем месте и следил за каждым ее движением.
— Разве плохо быть под опекой своих родственников?
— Смотря каких, мне ли тебе это объяснять. — пожимая плечами ответила Лили и встав медленно направилась к мужу. От ее спокойного голоса и пустой улыбки не осталось и следа. Голос охрип от волнения, а в глазах искрились яростью и отчаяние.
— Как ты думаешь, каково это жить в доме, где тебя даже вещью не считают. Где ты вынужден прятаться под кроватью почти каждую ночь, боясь услышать шаги того кто истязает твое тело. Трогает его, ласкает своими мерзкими руками, упивается вседозволенностью, пока не утолит свою похоть? Какого, это Рейн? Не иметь возможности воспротивиться ему, лишь сжимать зубы и терпеть пока это все не закончится. Пока он не оставит тебя, сжимавшуюся от ужаса и от отвращения к себе. — она остановилась перед ним и стала развязывать халат. Спустив его до поясницы она повернулась к нему и убрав волосы прошептала:
— Я много раз сбегала, и много раз платила за это.
Мужчина медленно коснулся маленьких шрамов. Девушка вздрогнула, и по ее щекам покатились слезы.
— Знаешь, во что обошелся мой последний побег, когда я спасла твоего брата? — шепотом спросила она, поворачиваясь к мужу. Взглянув в его глаза, она гордо подняла голову и на грани слышимости ответила на свой же вопрос — Я заплатила собой Рейн.
— Что?
— Он изнасиловал меня, — Лили повернула голову к окну. Сквозь легкие шторы, что трепал теплый ветер виднелось лазурное побережье, умиротворяющая картина, не сравнить с тем ураганом, что сейчас сотрясает ее изнутри. — Я всего лишь хочу свободы Рейн, неужели это так много? Ради нее, я готова отдать тебе все что у меня есть.