Со стороны казалось, что мужчина заснул, но Рейн и не думал спать. Он до боли в ушах вслушивался в шорохи и шум, доносившийся из соседней комнаты. Каждую ночь он был свидетелем того, что творилось с его женой. Несколько раз он намеревался вытрясти из нее всю правду, но в последний момент он останавливался. Она сама должна прийти к нему и все рассказать. Или он этими оправданиями обманывает себя?! Как же быстро он поменял свое мнение! Еще неделю назад он принял ее предложение на ее условиях, но теперь он не намерен был ждать, когда она будет готова все рассказать. Он хотел знать все!
В том, что ее тайна имеет большое значение, он не сомневался. Кристиан почему-то заинтересовался Лилианой. Император, конечно, очень тонко вел допрос, завуалировав его беседой, но Рейн был не дурак. Он прекрасно понял, что скромная девушка, прожившая всю жизнь вдали от двора, и которую в глаза не видел его величество, внезапно стала интересной ему. С чего бы?
Сейчас, оглядываясь назад, он смеялся над своей недальновидностью. «Ох, Рейн Серадис ловко же Лилиана провела тебя. Она играла с тобой» Когда она заявила ему, что он уже проиграл, он посмеялся над ней. Тихая, и скромная с виду, она скрывала за милой улыбкой сильный, закаленный характер, что он — Рейн, повидавший и прошедший через многое, был невольно восхищен. Такая стойкость, ум, хитрость, жажда жизни и свободы в столь хрупком теле, поражает и очаровывает.
Это было только началом его проигрыша. Она заставила его искать, выпытывать, ждать. Он приходил в бешенство от беспомощности и неосведомленности того что, что было скрыто ото всех. Он до сих пор не мог раскусить ее, понять. Это выводило его из себя и в то же время притягивало настолько сильно, что он испугался. Испугался тех чувств, что его жена пробуждала в нем. Испугался, что он не в состоянии противостоять ей, потеряет контроль. Позволит ей управлять. Рейн один раз обжегся и больше не позволит этому случиться. Он дал себе слово, что больше никогда никто не будет командовать им. Вот только то, что скрывалось в глубине ее фиолетовых глаз, манило и звало его.
Еще бы неделя, проведенная с ней на острове и Рейн бы не выдержал. Приказ Кристиана вернуться стал для него спасением. Только он перешагнул порог дома, словно трус, приказал перенести его вещи в смежную спальню, о чем сейчас жалел.
Словно привороженный он желал ее. Не физически. Его манила ее загадочность. Хотя отрицать, что она красива было бы бессмысленным. От воспоминания ее тела он вздрогнул. Мраморная кожа, густые длинные волосы, небольшие правильной формы губы, длинные ноги. Хрупкость в каждом движении, в повороте головы, в тонких запястьях, изящных пальцах и огромная сила, о чем свидетельствовала узенькая спина усыпанная шрамами. Не каждый мужчина сможет такое выдержать…
Рейн до боли в костяшках стиснул руки в кулак, ожидая, когда он услышит ее страдания. Как же быстро он позволил ей пробраться в голову. Своим бездействием он в какой-то степени наказывал ее за это. Наказывал ее за молчание, за его внезапную одержимость и за ее победу, которая была вопросом времени.
Он вслушивался в ее, еле слышные стоны с неким удовлетворением, смешанным с отчаянием и переживанием. Через некоторое время, он позволил беспокойному сну завладеть его разумом.
Время близилось к рассвету, когда сквозь сон он почувствовала чье-то присутствие. Резко сев он сонно осмотрелся. Перед ним стояла измученная Лили. Не говоря ни слова он откинул одеяло. Облегченно выдохнув, девушка молча, легла рядом. Прижавшись к нему, она через несколько минут заснула глубоким сном.
Перебирая жемчужные пряди, Рейн против воли улыбнулся. Она готова!
***
Впервые с момента возвращения в Сирту, Лили выспалась. Промучившись до утра она вынуждена была решиться на шаг, который не оставит ей выбора. Возможно, Рейн ждал от нее именно этого? Доверия? Показать, что действительно нуждается в нем? Не словом, а действием? Показать, что доверяет ему свои страхи?! Отбросив навязчивые мысли, она осторожно открыла глаза и наткнулась на взгляд Рейна. Разноцветные глаза смотрели на нее внимательно. Медленно отстранившись от него, она села и подтянула одеяло к подбородку. Рейн ничего не говорил, он все также смотрел на нее в ожидании.