— Предлагаю, тридцать пять золотых за фунт цераи — это хорошая цена. Никто из плантаторов не останется в значительном убытке. Кроме того я снижу цену на мех, драгоценные металлы, пшеницу и чай из Хемсона. Если подсчитать вы остаетесь в более выгодном положении, чем я. — Матео, говорил сухо, с ноткой скуки. Своим поведением он разительно отличался от нервного Туретта, который воспользовавшись заминкой противника, быстро заговорил
— Лиакай готов платить установленную цену в пятьдесят золотых, также готов доплатить сверх этого столько же, если вы позволите небольшие саженцы цветов… — Туретт был любезен как никогда.
— Надеюсь, я ослышался, — недобро выдохнул император.
— Нисколько, всем известно, что в Хемсон приплывают корабли набитые саженцами цераи. Я, в отличие от Матео, не скрываю своих намерений и готов платить за саженцы. — Туретт надменно взглянул на опешившего Матео и продолжил. — Мне известно, что саженцы не прижились и вряд ли они еще лет двести приживутся, но не это главное. Кристиан, так или иначе, цветы будут вывозить, я не скрываю, что заинтересован в этом, но хочу остаться честным и добросовестным соседом.
— Ах, ты сукин сын… — правитель Хемсона был готов убить нахала на месте.
— Каждый выживает, как может, — Туретт нервно засмеялся в лицо разгневанному мужчине и продолжил. — Так же я готов предоставить Сиарай свыше миллиона вышколенных солдат, для сохранения его целостности. Дополню — солдаты будут на полном обеспечении Лиакай.
Говард издал неприличный звук и покраснел. Прислужник Света не сводил глаз с Дозера, который откровенно скучал. Только Лемус и Морис смотрели на императора, гадая, насколько хватит его терпения.
— Полагаете вы в таком положении, что можете выдвигать свои условия. — голос император растекался словно мед. — Мне не нужны, ваши уступки и подачки. Будем считать, что вы не выспались, и этого разговора не было. Подпишите бумаги и вы свободны…
— Я настоятельно прошу рассмотреть мое предложение — Матео не собирался сдаваться, как и Туретт.
— Сегодня будет хорошая погода, повеселитесь напоследок. Вечером мы с вами попрощаемся…
— Кристиан…
— У вас есть время подумать до отплытия. — император прервал растерянного Туретта, который не ожидал что его щедрое предложение проигнорируют — Вечером мы с вами попрощаемся. Нам не нужна ваша армия, Сиарай не нуждается в ваших подачках. Хочу, чтобы вы знали, я пожил достаточно на этом свете, как и большинство жителей на острове, чего не скажешь о вас. Как только будут замечены корабли на горизонте, будут сожжены все плантации цераи. — вглядываясь в растерянные лица присутствующих, Кристиан хмыкнул. — Все до единой! Вы не получите цераи! Свободны!
Не дожидаясь вопросов на его громкое заявление, император отвернулся, неспешно пресек зал и вышел на балкон. Вдалеке виднелся бледно-зеленый ковер. Видение успокаивало и вселяло уверенность, они сделают все ради нее, если нет, он никогда не отступит от своих слов.
— Я не ожидал такого… — Кристиан думал, что остался один и против воли вздрогнул, услышав за спиной насмешливый голос Матео.
— Поэтому ты слаб. Надо знать и уметь предугадывать мысли противника. — ответил император.
— Потрясающее зрелище, — мечтательно выдохнул смуглый мужчина, вставая рядом с Кристианом. — С чего ты решил, что я слаб? Из-за моего предложения?
— Думай, как хочешь.
— Позволь утолить свое любопытство, как могут две венценосные задницы уместиться на одном троне?! Вам не тесно?
— Имеешь в виду, Лиама? — император отвлекся от созерцания цветов и с интересом взглянул на Матео.
— Насколько мне известно, других сыновей у тебя нет.
— Матео, ты бы лучше следи за своим троном. Как бы его не забрали те, кто лишится цераи по твоей глупости.
После нескольких минут тишины Матео тихо спросил:
— Ты, правда, сожжешь?
— Не сомневайся, — Кристиан по-дружески хлопнул по плечу собеседника, и взглянув последний раз на цветы ушел.