Впереди донеслись шумные звуки, заставив Вири нахмуриться — она не ожидала такого оживления. Она оказалась ближе к озеру Миртис, чем ей хотелось бы, и остро осознавала опасности, подстерегающие за Западным обелиском на краю озера. Здесь, в трущобах, защитные чары обелиска были значительно ослаблены, и именно это, а не Nox Custodia, заставляло здравомыслящих жителей поверхности оставаться дома по ночам. За тщательно запертыми дверями они были защищены от дрейфующего Черного тумана — и от мучительной смерти, которую он нес любому, кто с ним соприкасался.
Днем четыре обелиска, охраняющие город, вынуждали туман отступить к самым дальним границам острова Элвердайн. Там он клубился смертоносным облаком над необитаемыми лесами и морскими утесами, окаймляющими остров, позволяя жителям Аравелла жить в относительной безопасности. Но с наступлением сумерек, когда поднимался океанский бриз, даже обелиски не могли удержать туман от проникновения вглубь суши — именно поэтому большинство аравеллианцев жили внутри гор или под поверхностью, в нижнем городе.
Вири, как и любой здравомыслящий человек, испытывала здоровый страх перед Черным туманом, поэтому стремилась поскорее закончить охоту и вернуться под землю.
Метка на её ладони внезапно обожгла кожу, предупреждая: цель близко. Сделав еще несколько шагов, она завернула за угол полуразрушенного здания и обнаружила источник шума: обветшалую таверну, готовую вот-вот развалиться.
Какое-то время Вири просто стояла посреди зловонной улицы, недоумевая, какие безрассудные посетители не боятся ни тумана, ни Nox. Но затем она тряхнула головой и зашагала вперед, готовая завершить свое дело. Если всё пойдет по плану, она даже успеет поспать несколько часов до рассвета.
Приблизившись к таверне — судя по сломанной вывеске над входом, она называлась «Капающий бочонок», — Вири прошла прямо сквозь заплесневелый, расщепляющийся дверной проем, вновь удивляясь полночному веселью. В нижнем городе и внутренних горных районах ночные посиделки были обычным делом: там не было нужды в комендантском часе, и жители могли делать что угодно в любое время суток. Но здесь, на поверхности, где один вдох ночного воздуха мог обернуться гибелью, увидеть подобное было редкостью.
Посетители внутри «Капающего бочонка», казалось, вовсе не замечали опасностей внешнего мира: их разговоры были громкими, а смех — безудержным. Едкие запахи разлитого эля и зловонных тел ударили Вири в нос, когда она пробиралась сквозь толпу. Метка на руке продолжала жечь, сообщая: жнец не просто находится здесь, он прямо сейчас вытягивает эликсен.
Вири всегда была более чувствительна к присутствию магии в воздухе, чем остальные — это помогло ей быстро стать охотником и спасало во время многих стычек со жнецами, — но даже она не могла определить точное местоположение своей добычи. Она знала лишь одно: жнецы никогда не сдаются без боя, а если этот уже начал вытягивать силу, то у его жертвы осталось совсем мало времени.
Ощущение неотложности пульсировало в жилах Вири, когда она подошла к мужчине средних лет, разливавшему напитки за грязной стойкой, и потребовала внимания.
— Что желаете? — буркнул он, быстро наполняя три кружки эля. Пена лилась через край, пока он пододвигал их оживленным клиентам.
Вири указала на эмблему на своем алом плаще — вышитую серебром круглую метку охотника у нее на груди — и произнесла:
— Я ищу…
— Мне не нужны неприятности, — резко оборвал ее бармен. Он окинул ее взглядом с ног до головы, подмечая черное кожаное облачение под плащом охотника, заплетенные в косу рыжие волосы с необычными серебристыми прядями и поразительные лавандовые глаза. — Что бы вы ни искали — кого бы вы ни искали, — вы не найдете их здесь.
Жжение в ладони говорило об обратном, но, когда Вири снова окинула взглядом таверну, она увидела лишь довольных жизнью посетителей. Никаких следов магии — и никаких признаков смерти.
— Вы замечали сегодня что-нибудь необычное? — надавила она. — Какие-нибудь новые лица или…
Мужчина снова перебил ее, с такой силой толкнув кружку по стойке, что по потертому дереву потянулся влажный след.
— Я уже сказал вам, охотница: здесь для вас ничего нет. Лучше убирайтесь со своими делами в другое место.
Пока он говорил, Вири заметила капельку пота, скатившуюся с его виска по обветренной щеке; то, как он неспокойно задерживал на ней взгляд, а затем отводил его в сторону; дрожь в руках, продолжавших разливать напитки. И наконец, она увидела, как он едва заметно дернул подбородком, указывая на полуприкрытую дверь в дальнем углу зала.