— Древние, ты не можешь быть серьезен?
Рив остановился и скрестил руки на широкой груди.
— Я уже говорил, что мне не нужно, чтобы ты мне доверяла, но мне нужно, чтобы ты меня выслушала. Смех — это не слушание.
— Не волнуйся, я услышала тебя предельно ясно, — сказала Вири, продолжая хихикать. — И я также знаю, что всё, что ты сейчас скажешь, будет нелепостью. Хранитель острова? Серьезно, Рив?
— Что ты об этом помнишь? — настаивал он.
Смех Вири угас.
— Это явно не время для сказок.
Он бросил на нее выразительный взгляд.
— Подыграй мне.
Озадаченная, Вири взглянула на Джонаса и Уинтер. Оба, казалось, были на стороне Рива: Джонас, вероятно, потому что уже знал, к чему тот клонит, а Уинтер — потому что умирала от любопытства.
— Тебе нужна сказка на ночь целиком, — сухо спросила Вири, — или хватит краткого пересказа? — Она не могла поверить, что потакает ему, когда казалось, что весь остров горит у них под ногами.
— Краткого будет достаточно, — сказал Рив.
— Нет, давай полную историю, — попросила Уинтер. — Что такое Хранитель острова Элвердин?
— Не «что», а «кто», — поправил её Джонас. — Он часть древней легенды, не очень широко известной.
Уинтер с интересом приподняла брови и выжидающе посмотрела на Вири. Сдавшись, Вири вздохнула:
— Думаю, вам лучше снова сесть.
Уинтер вернулась на диван, и когда Джонас сел рядом, протянула руки к Уолнату:
— Чувствую, мне для этого понадобятся кроличьи обнимашки.
— Это не страшная легенда, — заверил он её.
— Я и не думала. Мне просто нужен повод погладить пушистика.
Джонас ухмыльнулся и передал кролика.
— Тут я с тобой не поспорю. Обнимашки с Уолнатом — лучшие обнимашки.
«Древние, спасите меня», — пробормотала Вири, взывая к небесному терпению и глядя на стеклянный купол. Она встревожилась, увидев, насколько светлее стало озеро — где-то там, над водой, рассвет стремительно перетекал в восход. Неудивительно, что её терпение лопнуло — она пропустила целую ночь сна.
— Я скажу это только один раз, так что слушайте внимательно, — предупредила Вири, начав мерить шагами лабораторию. — И надеюсь, у тебя есть чертовски веская причина для этой траты времени. — Она метнула взгляд на Рива. Тот стоял посреди комнаты, твердо расставив ноги и скрестив руки, но кивнул, показывая, что причина есть.
— Я объясню всё, когда закончишь, — пообещал он. — Но сначала мне нужно знать, что именно ты помнишь.
Вири сузила глаза:
— Мне семнадцать, а не семьдесят. Память у меня работает как надо.
Рив ничего не ответил, хотя в его поведении чувствовалось странное напряжение, словно он сдерживался, чтобы не огрызнуться. Он лишь сказал:
— Чудесно. Теперь докажи.
Вири сжала зубы и начала с самого начала, как когда-то её родители:
— Жили-были три молодых охотника: муж, его жена и их лучший друг. Все они были мастерами своего дела, особенно муж — пока не получил травму в битве со жнецами и не был выкачан почти до смерти, что оставило его слабым и неспособным делать то, для чего он, как считал, был рожден: охотиться.
Она заправила прядь волос за ухо и продолжила:
— Убитый горем и потерявший смысл жизни, он начал угасать, поэтому обеспокоенная жена и друг предложили им найти мифического Хранителя острова Элвердин — мага, который решил не покидать этот мир вместе со своими древними собратьями, а остался, чтобы охранять остров из своей башни за Туманным лесом.
— За Туманным лесом? — вытаращила глаза Уинтер. — Но… там ничего нет. Через черный туман невозможно пройти — он покрывает весь лес.
Вири потерла виски:
— Пожалуйста, Уин, без перебиваний. Это и так достаточно мучительно.
— Прости, прости, — Уинтер виновато улыбнулась. — Буду ждать до конца.
Вири, благодарная за тишину, продолжила:
— Легенда гласила, что любой, кто найдет Хранителя, получит «магическое желание» — сокровище несравненной ценности, способное исполнить любую просьбу. Считалось, что никто не сможет добраться до него, чтобы забрать такой приз, потому что даже без угрозы черного тумана Туманный лес постоянно менялся, а путь к башне вечно смещался. Но Хранитель не знал, что один из его собратьев-магов оставил после себя магическую карту, ведущую к его местоположению, вместе с набором талисманов, которые могли защитить от черного тумана, пропитывающего лес. Он также не знал, что эта карта и один из талисманов попали в семью жены и передавались из поколения в поколение, став тем самым способом, с помощью которого её муж мог вернуть свою жизнь.