Хруст жёрдочки. Кажется, канатоходка слишком сильно схватилась. Она ступила своей хрустальной ножкой на канат и пошла. Хватку она не сбавляла.
Треск. Хруст. Откуда? Будто позвонки. Девица покрепче взялась за жёрдочку. Трещина пошла то ли по телу, то ли по инвентарю в руках.
Оно ломается, оставляя канатоходку совсем без опоры, без поддержки. Будто совсем нагая. Пару раз её тело качнулось из стороны в сторону.
Хрустальный, хрупкий бокал. Неосторожная рука его смахивает со стола. И он падает, разбиваясь на осколки. Звон.
Вино. Там было вино. Оно растекается красной лужей по полу. Хрусталь покрывается багром, окунается в краску. Осколки купаются в этой луже.
Зал замирает. Люди встают ст своих мест, снуют взад-перёд. Мечутся. Фибу же не мог с места сдвинуться. Он вцепился в занавес, а его глаза прикованы к месту происшествия.
Попросили всех выйти. А цирк пришлось прикрыть до конца проведения работ. Филипп не верил ничему. Это точно реальность?
Ноги еле держат. А ком в горле застрял и не позволил ни звуку выйти наружу. Он и не заметил, как к нему подошёл откуда-то жонгле́р. Сейчас фокусник следил не за ним, а за другой сценой.
Цветы красивы нынче
Жонглёр несколько потряс Филиппа за плечо, дабы он пришёл в себя. Чтобы хоть обратил внимание и переключился. Фокусник оторопело взглянул на жонглёра перед собой. Он пытался вернуться к иной реальности.
Парня встретила довольно мягкая улыбка, будто ничего только что не произошло. Будто за ним сейчас не разгоралась драма. Филипп осторожно наклонил голову и взглянул через плечо.
— Цирк на время закроют, — сказал жонглёр.
— Откуда знаешь?
На это собеседник с пепельными волосами хмыкнул и повёл плечами. Не многословно, знаете ли. И жонглёр даже не пытался посочувствовать участи канатоходки. И это пугает.
Андрей вскинул одну бровь, окинув оценивающим взглядом шатена.
Как жонглёр и говорил, на время директор прикрыл цирк. Филипп выходил из здания с горечью на языке. Первый день, а уже такие потрясения. Парень был событиями ошарашен. Дороги перед собой он не видел. Шёл лишь по памяти, как поворачивал в прошлый раз, как шёл недавно. Вдруг перед носом выросла фигура в костюме. Филипп чуть не сбил впередистоящего.
— Ой.. Совсем поплыл, что ли? Не знал, что ты такой у нас впечатлительный, — миролюбиво улыбнулся жонглёр. Шатен нехотя поднял на него голову.
— Слушай, всё равно некоторое время не выходим, можем прогуляться и узнать друг друга поближе. Вместе всё равно работать придётся, — продолжил Андрей.
Фибу закатил глаза. Повода отказаться не нашлось. Так что долго фокусник не ломался и согласился.
Совсем не видно, что гуляющие идут по конкретному маршруту. Бесцельно бродили, петляли, нигде не останавливаясь.
Филипп старался привыкнуть к рядом идущему. Андрея же компания фокусника не смущала. Походка более расслабленная и свободная. Шатен же казался скованным рядом с такой свободой в движениях. Он нервно поправлял тонкие прядки, будто они могли преграждать весь обзор.
Андрей заметил состояние сотрудника и ухмыльнулся.
— Неужели Вы не можете меня представить как простого приятеля?
Этот с виду простой вопрос убил своей прямотой. Филипп изнутри прикусил губу. И как отвертеться? А жонглёр и не торопил.
— Давно ли Вы были в том кафе? — продолжал блондин, будто совсем и забыв о своём же недавнем вопросе.
Филипп старался расслабиться. Но что-то упорно мешало чувствовать с Андреем безопасность. Что так упорно кричит о настороженности?
— Не помню.
— Не хотели бы исправить свой ответ?
Одна фраза... Фибу решил заглушить свои предрассудки. "Неужто параноиком стал?" — подумал про себя Филипп.
Парни повернули к двери, увешанной цветами всех сортов и видов. Наверно, этот внешний вид заведения и отталкивал фокусника, хоть и должно происходить наоборот. На парня не производили впечатления доверху наполненные корзины нежным цветом, гирлянды букетов и пёстрые кусты на газоне. Показное цветение устраивало в городе многих, но не Филиппа.
В этот раз фокусник шёл из-за... Приятеля? Можно ли считать мужчину рядом хотя бы приятелем? Или можно обойтись "коллегой"? И пока Филипп размышлял над статусом, Андрей выбрал место и усадил обоих около окна.
— Тебя прям тянет к цветам, я погляжу, — заметил Филипп, переведя взгляд на окно.
— Садовник в прошлом, — махнул рукой Андрей.
— И после решил пойти в цирк?
— Лавочка претерпела.. Разорение, — после недолгой паузы завершил жонглёр.